«Ого! Это что должно было случиться?» — присвистнул мысленно я, но решил дождаться информации от хозяина кабинета.
Подорожников же после открыл неприметную резную дверцу в стене и вынул оттуда два снифтера и бутылку с янтарной жидкостью, уж очень непохожей на его излюбленный чай.
— Неожиданно, — прокомментировал я выбор тестя. — Середина рабочего дня…
— Не пьянства ради, а лекарства для. Лекарь я, в конце концов, или нет? — махнул рукой Борис Сергеевич и вынул из того же потайного шкафчика нарезанный дольками лимон, яблоки, сыр с плесенью, плитку горького шоколада, россыпь различных орехов и маслины.
Подорожников явно готовился к моему визиту, что настораживало.
— Борис Сергеевич, уж простите, но такая подготовка внушает некие опасения. О чём пойдёт речь, если переварить это на сухую не выйдет?
Подорожников посмотрел на меня уставшим взглядом и даже как-то сгорбился, усаживаясь в кресло напротив.
— О Светкиных фортелях, о чём же ещё. У нас сегодня состоялся преинтереснейший разговор, после которого, не будь она в положении, у неё уже была бы фиолетовая задница.
— Лекарь разлил напиток из бутылки и поднял бокал со словами: — За наших любимых женщин, которые умеют сделать жизнь нескучной!
После символического соприкосновения бокалами Подорожников опрокинул в себя содержимое и, не закусывая, тут же налил новую порцию.
— Она мне когда рассказала, я, признаться, не знал смеяться или плакать. А потом подумал, каково сейчас тебе, и вот… — тесть указал рукой на импровизированное застолье.
— Ты только не сердись на неё и не наказывай отстранением.
— И в мыслях не было, — возразил я, но тесть меня как будто не слышал.
— Ты пойми, она не со зла, скорее на эмоциях и по глупости. У вас с княгиней Инари и свадьба, и сын, а она…
— Борис Сергеевич, да я всё понимаю. Но у меня обе супруги… так сказать, решение о продолжении моего рода приняли самостоятельно. Неприятная тенденция наметилась. При том что я лично ничего не имею против детей, да и процесс их создания весьма уважаю.
Но я намеревался всё же выдержать некие рамки приличия в этом вопросе.
— Миш, — Борис Сергеевич хмыкнул, разглядывая содержимое бокала и спиртовые дорожки напитка, стекающие по стеклу, — с высоты собственного жизненного опыта могу сказать одно: так уж сложилось, что в вопросе продолжения рода решение принимают именно женщины, как бы мы ни обманывались и ни думали, что это совместное решение. Только они решают, от кого и когда зародится новая жизнь.
