Я же стараюсь подходить к вовлечению вас к родовым делам рационально, а не таскать вас за собой паровозиком. Поэтому бросай хандрить и заниматься самоуничижением. Сегодня вечером у нас будет тихий семейный ужин. Соберёмся вместе, обсудим предстоящий обряд, Кирана с Ксандром вернутся от османов, Тиль с Эоном будут, Райо обещался захватить Агафью. Выше нос, графиня и будущая императрица! — я повернул невесту к себе и заметил, как у неё катятся слёзы по щекам.
— Прекращай сырость разводить! Всё же хорошо!
Пришлось потратить ещё минут десять на успокаивание будущей жены, которые внезапно растянулись на все полчаса и перетекли в неимоверно приятное времяпрепровождение.
Чуть позже, восстановив дыхание и завернувшись в мою рубашку, Света задумчиво разглядывала меня.
— Что? — не выдержал я её препарирующего взгляда. Ей богу, будто лягушку на лабораторном столе рассматривала."
"— Да думаю, оказывается, для превращения карьеристки в настоящую женщины нужны не запреты и какие-то обстоятельства, а настоящий мужчина, дающий свободу выбора.
Мне повезло с тобой неимоверно. Знала бы я об этом, когда кто-то ввалился ко мне в душ…
— И чтобы ты сделала? — улыбнулся я, вспоминая открывшееся в душе зрелище лекарки в мыльной пене.
— Не стала бы так быстро прогонять, — показала она мне язык. — Так-с, а мальчишник и девичник у нас будут?
— Твой брат ещё после первого не отошёл, — рассмеялся я. — Да и повторного десантирования мальчиков-зайчиков кровники не переживут!
— Мы придумаем что-нибудь еще! — с энтузиазмом отозвалась Света.
От её хандры не осталось и следа.
— В этом я не сомневаюсь.
* * *Личные покои Президента Французской Республики,
Версаль
Лиллиан Гиббон обдумывал информацию, полученную от Луизы-Антуанетты, максимально отделяя личные эмоции от здравых размышлений. Для простоты анализа он выписал на листе бумаги аргументы, оценивающие вероятность исполнения угроз графом Комариным.
На столе у него лежал доклад по графу, где были обозначены и весьма любопытные факты, как-то перекупка заказов на свою голову за десятки миллионов золотом.
То-то наверное он посмеялся, когда узнал цену в пять миллионов, объявленную Талейраном.
Кстати, о нём.
В дверь постучали, и, получив разрешение войти, Гийом де Талейран-Перигор бодрой походкой вошёл в кабинет Президента Французской Республики с папкой в руках.
— Ты вовремя, — голосом обозначил общее недовольство Лиллиан, но соратник на это никак не отреагировал.
