— Ты сменишь покровителя родам Комариных, Инари и Эсфес и будешь регулярно преобразовывать энергию из стихийного источника силы в благодать либо лишишься всего, и жизни в том числе.
— Как делить между собой будете? Вас дюжина, передерётесь? — подначивал я Кречета, размышляя, как поступить. Понятно, что выполнять требования шантажистов я не собирался, но здесь и сейчас вызывало беспокойство ещё и отсутствие Комаро. Не убили бы свои же во избежание огласки.
«Комаро, ты как там?»
«Продержись ещё, мы тут с Виноградом одного шелудивого шакала пытаемся проучить.
Силён, сучёныш!» — пришёл внушающий сдержанный оптимизм ответ. Радовало, что хоть Виноград вступился, а то уж больно разные весовые категории были у Комаро и Анубиса.
— Не твоё дело, смертный! Если хочешь, чтобы твои близкие не пострадали, сделаешь, как мы скажем! — это уже огрызнулся кто-то из свиты Кречета, не то крокодил, не то обезьян.
— Войны не боитесь? А как же ваши хвалёные правила и законы? — не унимался я.
— Закон здесь мы! — Кречет остановился напротив нас и выпустил силу, желая прогнуть под себя.
Атараши сделал неуверенный шаг вперёд и подставил ладошку под летящий поток клубящейся энергии бога. Та резко замедлилась, будто принюхиваясь к ладошке, как собака, а после и вовсе облепила Атараши второй кожей. Сам же я крепко держал ребёнка за другую руку, готовясь в любой момент выдернуть его и закинуть через портал в безопасное место.
Кречет сперва даже не понял, кто и откуда к нему обращается, настолько незначительной показалась ему фигура смертного ребёнка.
Для него дитя имело не больший смысл, чем муравей под подошвами:
— Убери своего… — бог оборвал фразу практически сразу, замирая на месте. Прошло не меньше минуты, прежде чем Атараши убрал свою ладонь из энергетического поля Кречета и произнёс:
— У вас ещё есть шанс не повторить своих ошибок.
Глава 14
— У вас ещё есть шанс не повторить своих ошибок.
Сейчас в Атараши говорил не ребёнок, а нечто гораздо более древнее и могущественное. И знакомое.
Я мог бы поклясться, что знаю говорившего или хотя бы раз с ним встречался.
Кречет застыл напротив ребёнка. Слепые белёсые глазницы вглядывались в клубящееся золото божественной энергии. Остальные боги единым фронтом подошли к Кречету и замерли, на время объединяясь золотистой паутиной в одно целое.
«Обсуждают увиденное», — подсказала Ольга.
«И как? Ты имеешь представление, что им показал наш маленький оракул?»
«В общих чертах: боль, кровь, пиррову победу».
