— Нет… Скучно точно не будет!
В следующий момент я сделал шаг вперед, и она снова рассмеялась, когда я не смог пройти барьер. А вот когда я дотронулся рукой до барьера и он бесследно исчез, то улыбка у нее пропала.
— Почему ты не смеешься? — делаю еще шаг, и передо мной мгновенно возникает новая стена.
Плевать, хоть десять… Даже тысячу таких стен… Пусть даже своего Владыку призовет, ее уже ничего не спасет.
— Так не должно быть, — нахмурилась она, и кинула взгляд на Хельгу. — Девка жива, но ты сломал ее барьер.
Кажется, у нее сейчас сломается психика от такого.
— Почему не должно? Откуда простому Пересмешнику знать, как должно быть? — с презрением спросил у нее.
И вдруг до нее стало доходить, что дело тут нечисто, когда я еще один барьер прошел без проблем.
— В этом мире нет таких… — начала говорить она и запнулась, а может и догадалась.
— А кто сказал, что я из этого мира? — и тут ее озарило, но еще не до конца, нужно добить. — Позволь мне представиться. Сандр, Гранд-Магистр Ордена Охотника и просто хороший парень! Сандр… Хотя… Может тебе больше скажет мое прозвище Сандр — Ужас Чистилища? Именно я тогда возглавил нападение на ваш Мир!
А вот теперь она осознала и даже захотела покаяться, я прямо был уверен в этом.
Сколько в этом существе сейчас обреченности и ужаса.
— Невозможно! Охотников нет в этом мире! Он обещал мне, что этот мир чистый! — кажется, у нее началась истерика.
— Кто он? — теперь уже я хочу знать, кого мне нужно еще завалить.
Но так легко, само собой, не было.
Она не собиралась сдавать своих. Вместо этого выбрала момент, когда мне оставалось пройти последний барьер, и обрушила их все. Барьеры рухнули, и Хельга заорала от боли, а тварь, воспользовавшись этим, бросилась бежать. У нее был запасной выход, но до него еще нужно добраться. Она явно посчитала, что я вначале решу помочь Хельге, а лишь потом начну преследовать ее, а зря… Я очень злопамятный, а их братия достала меня еще в прошлой жизни.
— Ш-ш-ш-ш-ш-шабака Ш-ш-ш-ш-шутулая… — заржал Шнырька прямо мне на ухо и показал вблизи, как она бежит.
Вернее, не то, как бежит, а ее лицо меняется в этот момент. Оно сейчас перетекает из одной личины в другую. Трудно себя контролировать, и каждое из них имеет одно и тоже выражение… Ужас!
— Она твоя… Хирдавардимион! — с этими словами я выпустил Хтоническую Душу, очень злую и невероятно голодную."
"Мне сложно описать это существо по многим причинам. Одна из них — просто невозможно его описать словами.
