Когда моя рука уже потянулась к перевязи с Аквилой, Шнырька показал мне командира отряда. Я хмыкнул, и по моему желанию лицо приблизилось.
— Ну, надо же! — покачал я головой, а затем разжал руку, оставив Аквилу так и висеть на спинке стула. — Милая, я скоро, — сказал я обеспокоенной Анне.
— Мне тебя дождаться, или могу спать? — беззаботно улыбнулась девушка.
— Да, пожалуй, спи, — сказал я. — Нет ничего такого экстраординарного.
— Поняла, дорогой, — кивнула она, откинулась на подушку, и тут же засопела."
"Помимо воли я покачал головой, думая, что самые крепкие нервы из моих людей у Волка или у Призрака.
А нет, оказывается, что у моей дражайшей супруги.
Я неспешно пошёл вниз, собираясь уже выйти на крыльцо, но потом решил, что у меня есть еще время для кофе, поэтому проследовал на кухню, нажал кнопку, и с улыбкой продолжал смотреть «фильм» от гениального режиссера Шнырьки.
Пятёрка вторженцев, которых я изначально принял за Звезду какого-то очередного азиатского Ордена убийц, ассасинов или прочей азиатской хрени с пафосными названиями типа «Срущего Журавля» или «Блюющей Панды», но нет.
Лица четырёх мужчин и одной женщины, хотя и были покрыты слоем тёмной краски, магической, между прочим, что сводило на нет их инфракрасное изображение, выглядели вполне себя по-европейски. А вот их командира я даже лично знал.
Шли они осторожно, никуда не торопясь, обходя все мои ловушки и тревожные маячки. Хотя, с другой стороны, я знал почему. Дело было именно в той девушке, по имени Берта, с её удивительным нюхом на ловушки.
А ещё меня порадовало, что они тщательно, теряя при этом время, с большим запасом обходили патрули моей гвардии, не пытаясь их ликвидировать. Убивать они никого не хотят, значит, дам им шанс остаться в живых.
Пятёрка шла дальше, а я сидел на террасе, попивал кофе, и посматривал на часы.
— ВТОРЖЕНИЕ!!! — прогудел у меня в голове голос Папы всех големов.
А вот и накладочка. Берта проворонила голема, который превратился сейчас в прекрасную даму с… гхм… большими глазами, что украшала наш лазурный бассейн.
В общем, это была идея Призрака. На ночь големы превращались в статуи, и создавали своеобразную дополнительную систему оповещения, да и не только. В обычном режиме, при появлении непрошенных гостей, голем оживал и мог устроить вторженцам большие неприятности.
— Вижу, спасибо. Ничего не предпринимать, — ответил я папашке. — Ситуация под контролем.
— ПРИНЯТО! — загудело у меня в голове.
Голем-охранник как был, так и остался сисястой русалкой.
