— Да, дорогой, скоро ты станешь папой!
Глава 17
— Охренеть! — только и смог я сказать, а Накамура, повернувшись ко мне, начал часто-часто кланяться.
— Простите, я испортил сюрприз! Я не знал… Я думал, что вы в курсе!
— Да ничего… — повернулся я к японцу. — Проехали!
— Саша? — осторожно спросила Анна, заглядывая мне в глаза. — Ты рад?"
"Хороший вопрос!
Благодаря нашим Старейшим-Охотникам, в прошлом мире на всех нас висело заклятие. Была наложена печать бесплодия. Да-да, была и такая печать. В этом мире я как-то «случайно» забыл ее поставить.
Ведь ребёнок Охотника — это средство надавить на него.
Достоверно было известно, иногда, она давала «сбой», но история умалчивала, то ли Охотник сам «раскодировался», то ли печать не справлялась с мощной энергетикой Охотников.
А ещё у нас был Кодекс… Теоретически, печать можно было снять. Насколько я знал из истории, всего несколько человек воспользовались этим, когда поняли, что путь Кодекса не для них. Но я умер с этой печатью, поэтому у меня даже в голове не стояло, что у меня может быть ребёнок.
И вот сейчас, да ещё в такой момент…
— Всё хорошо, дорогая, всё хорошо, — обнял я её. — Позже поговорим.
Мы сели в машину. Мне нужно это переварить. Уж слишком это было… Необычно. Я стану отцом? Ну, охренеть! Надо книжку какую-нибудь купить… Например, «Как быть хорошим папашкой и не стать плохим» или «Отцовство для чайников». Короче, нужно разобраться.
Царило неловкое молчание, которое я прервал.
— Я уже понял, что вы чётко чувствуете души людей, — кивнул я на Накамура.
Он не был душеловом, он был чёртовым сканером. А его Дар Артефактора подразумевал способность видеть суть вещей. Он видел насквозь, как и материал для производства оружия, так и людей и животных, чьи души, после определённого ритуала, он мог переносить в свои изделия. Жаль, что Крендель так не умеет, но, в принципе, вдвоём мы справимся. Просто он и его команда пока не достигли такого навыка, чтобы выковать оружие, в которое могла бы поместиться душа.
— Мне нужно оружие для Одина, по его размерам. Готовая заготовка под душу, которую я вам предоставлю.
— Вот как? — сказал он удивленно. — И что это за душа?
— Вот она, — я достал заранее заготовленный разломный аметист, в который уже вселил нужную душу.
Старик ловко поймал её, и его брови приподнялись.
— Надо же! Очень редкая и ценная душа. Подозреваю, что она вам обошлась в копеечку, — внимательно на меня он посмотрел.
