Мне не удалось узнать ничего нового в сравнении с тем, что мне было известно три недели назад.
— Пожалуйста, не так громко. На нас уже смотрят. — Он подождал, чтобы она успокоилась, и продолжал: — Он мертв. Теперь ты готова с этим смириться?
— Я… Да.
— Тогда ты узнала самое важное. А найти его… это вопрос времени. Я намереваюсь, само собой, организовать поиски его тела. Полиции придется взяться за дело как следует, оснований для этого у них теперь достаточно. Я найму еще людей им в помощь, если возникнет такая необходимость.
Возможно, обыск на квартире у этого мерзавца даст направление поискам. Не исключено, что он рассказал обо всем кому-нибудь из приятелей.
При этом он поглощал пищу с завидным аппетитом. Диана лишь перебирала креветки и кусочки крабов в своей тарелке.
— Хорошо.
Отец положил вилку.
— Послушай, дорогая моя, я понимаю, что здешняя кухня оставляет желать много лучшего, но попробуй все же съесть что-нибудь.
Доброта в его голосе действовала более деморализующе, чем сердитые нотки, а его следующая фраза пробила огромную брешь в ее оборонительных порядках.
"
"— Если я говорил с тобой тоном диктатора, то только потому, что я слишком желаю тебе счастья. Ты — это все, что у меня теперь осталось.
В ответ она лишь посмотрела на него взглядом, затуманенным слезами. Она думала, что это ему не понравится — показывать свои эмоции на публике было в его глазах дурным тоном, но он только улыбнулся ей.
— Я выражаюсь банально, согласен, но в данном случае это простая констатация факта. У меня нет другой женщины, Диана.
Никого, кто был бы мне дорог. И мне не хотелось бы повторить ту же ошибку, что я допустил с Брэдом. Оставайся здесь сколько хочешь, делай, что считаешь нужным. Я во всем буду тебя поддерживать… — Он сделал небольшую паузу и спросил: — Ты ведь… У тебя ведь ничего серьезного с тем молодым человеком?
— Каким молодым человеком? — спросила Диана.
Он внимательно посмотрел на нее, затем его губы искривились.
— Это самая лучшая проверка моей искренности, верно? О'кей, твоя взяла.
Любой из двоих. Я возьму его на работу, я усыновлю его, я отдам ему тебя. Я бы, конечно, предпочел уравновешенного и сильного джентльмена более зрелых лет, чем эта молодежь с ее привычкой к многословию и неумением выбирать галстуки.
Диана рассмеялась и смахнула с глаз последнюю слезинку.
— Ты же понял, что Энди подтрунивал над тобой?
— Разумеется, и он даже показался мне забавным, но только, боюсь, лет через двадцать это начало бы действовать мне на нервы.
