Когда закон бессилен

— Ну вот, — улыбнулся Швед. — Значит, все- таки ты. Чего же сразу не сказал — умер бы безболезненно.

— Но подожди, — отдернув окровавленную го-, лову, прохрипел Стае. — Ведь ты говорил…

— Это был твой шанс, — ответил Альберт. — И вчера я бы сдержал слово. А сегодня, извини.

Он вдавил лицо Стаса в наполненную водой ванну и подождал, пока тот не перестал дергаться.

— А если он наврал? — вслух предположил Альберт. — Хотя нет, по этому адресу живет экстравагантная особа, которая давненько стремится женить на себе Павла Афанасьевича.

Вот оно и решил сыграть на Павлике. Ну что же, пора нанести визит вежливости. И не дай Бог, с пацаном что-то не так, — угрожающе процедил он. — Я тебя, шалава, уничтожу.

— Альбертик, — игриво позвала заглянувшая в дверь дородная женщина в коротком цветастом халате, — завтракать иди.

— Не называй меня так, — недовольно отозвался Виконт. — Альберт — отличное имя, а от всех этих уменьшительно-ласкательных меня блевать тянет.

Поднявшись, пригладил жесткие седые волосы.

Подтянув длинные трусы, звучно щелкнул по животу резинкой и зашлепал босыми ногами по полу. Войдя в комнату, удивленно посмотрел на натягивающую джинсы женщину. — Ты куда намыливаешься?

— А что? — игриво хихикнув, она с трудом натянула облегающие ее пышные формы джинсы. — Никак ревнуешь?

— Где бумаги? — зевая, спросил он. — Я вчера их вроде сунул куда-то.

— На столе, — ответила женщина. Повернувшись, игриво спросила. — Ну и как? Правда, мне джинсы идут?

— Как корове седло, — честно ответил Знаменский.

Женщина обиделась.

— Зачем же явился? — не глядя на него, спросила она.

— Только за бумагами. Твои трехслойные телеса меня никогда не прельщали.

Фыркнув, она шагнула к двери.

— Не дуйся, — засмеялся он, — я тебе сегодня праздник устрою за верностью твою и за бумаги.

— Я сама себе могу праздник устроить, — сердито проговорила она. — Я хорошие деньги получаю.

— Да? — искренне удивился Знаменский. — И за что же? Надеюсь, не за постельные утехи?

— Да ты что! — хихикнула она.

 — Просто сейчас народ пошел состоятельный, вот я и работаю нянькой по вызову.

— Как это? — не понял Знаменский.

— Людям надо куда-то уйти, — начала объяснять она, — а ребенка оставить не с кем, вот и звонят мне. У меня прекрасные рекомендации, — гордо добавила женщина.

— Неужели тебе какие-то идиоты детей доверяют? — Знаменский широко раскрыл глаза.

— Я приду через три часа, — выходя и даже спиной и толстым задом выражая негодование, сказала женщина.