Когда закон бессилен

— Жора! — пронзительно закричала Валентина Анатольевна.

Всадив нож под левую лопатку человека с пистолетом, Граф рванулся в дверь. Закрыл, задвинул засов и шумно выдохнул.

— Сука, — приглушенно проговорил он. — С ментом в одной команде в освободителей играл. Придурок хренов!

Схватил со стола бутылку минеральной воды и сделал несколько жадных глотков.

«Наверное, хана, — подумал он. — Не свалить мне отсюда. Тем более, мент знает, что я здесь. И я, черт комолый, пулю в ПМГ оставил, дубина стоеросовая».

Вдруг из-за фанерной перегородки грохнул выстрел.

И сразу же раздался громкий женский крик:

Подскочив к перегородке, Граф прислушался.

— Прекрати! — визгливо воскликнул какой-то мужчина.

— Успокойтесь, Валентина Анатольевна, — тут же заискивающе проговорил он, — с вами ничего не случится. Только вы будьте так добры…

— Что же ты делаешь, гад? — с болью сказала Валентина Анатольевна. — Как же тебя земля носит? Ведь ты, Константин, законченный негодяй. Ты просишь меня сказать что-то в твою защиту, чтобы ты снова мог убивать людей и калечить души молодых парней, которые сейчас убивают, защищая тебя.

Что же ты не с ними? — презрительно спросила Валентина Анатольевна. — Ты всегда был подлым трусом. Даже когда смотрел мне в лицо на суде, не мог сказать правду. Ты…

— Я сделал это только потому, — закричал Константин Федорович, — что любил тебя! И если бы ты тогда дала мне возможность объяснить тебе все, я бы с радостью женился на тебе!

«А ведь Иринка права, — услышав из подвального окошка слова: "Успокойтесь, Валентина Анатольевна", — удивленно подумал Феоктистов.

 — Действительно ее Зяблов взял. Ну все, гнида! — мысленно обратился он к Зяблову. — Теперь тебе хана!»

Уперевшись ногой в раму окошка, надавил на него.

Стоявший с винтовкой у двери Рахим направил ствол на окошко. Подскочившая Валентина ухватилась обеими руками за ствол и рывком опустила его вниз. Рахим ударом ноги отбросил ее. Сверху на пол свалился Феоктистов. Он и узкоглазый выстрелили одновременно. Выпущенная из винтовки пуля, надорвав левую кисть капитана, с визгом отрикошетив от бетонного пола, впилась в стену.

Рахим с кровавым пятном на груди упал. Шугин вскинул пистолет… За его спиной с громким треском лопнула пробитая телом ввалившегося в комнату Графа фанерная перегородка. Феликс выстрелил.

— Сука! — падая, Виталий обеими руками ударил его в грудь. Вторая пуля из его пистолета ушла вверх. Парень в безрукавке нажал на спуск, но в его автомате кончились патроны.