Ты достойна лишь своего предка Глубина, такая же дрянь, и я не хочу больше иметь с тобой дела.
– Я не виновата, что он мой предок! Прости меня, прости! Обещаю больше никогда не накладывать на тебя заклятий!
– Они бы всё равно не сработали, – хмыкнул он, швыряя серьгу ей в морду. – На меня не подействует ни одно твоё заклятие, я защищён от твоей магии… Всё, убирайся! Если хочешь, убей свою мать… И всех, кто встанет у тебя на пути.
Он снова простёр лапу, и Луна вздохнула, с удивлением оглядываясь вокруг.
Миг спустя Кинкажу проделала то же самое.
– Не пробуй больше навредить Луне, – предупредил Мракокрад, указывая крылом на дверь, – всё равно не сможешь."
"– Это несправедливо! – завопила морская принцесса, бросаясь вместо двери к балкону. Обернулась в сером утреннем свете. – Я докажу, что особенная! Ты сам увидишь! – Развернула крылья и взмыла в воздух.
В груди у морского дракончика ныло, словно вся его вина превратилась в камни, наваленные на сердце. «Это я виноват, я виноват…» – стучало в голове.
– Даже не верится, что она могла такое натворить! – вздохнула Кинкажу. – Луна, ты как?
– Она накладывала на тебя заклятия? – спросил Мракокрад, не обращая внимания на радужную.
Луна покачала головой.
– Нет, только на швабру и серьгу… Надо же, я и не замечала, как её раздражаю. Ты видел это чувство у неё в мыслях?
– Так, немного… но не думал, что оно вырастет так быстро.
– А сейчас видишь будущее? – Она прижала лапы к вискам. – Голова болит, как перед видением, но ничего ясного не приходит.
– Наверное, от швабры болит, – рассудительно заметила радужная.
– Нет… но мне кажется… какая-то опасность грозит Морскому королевству. – Луна тревожно переглянулась с Карапаксом.
Холодный ужас пополз у него по спине. Если Анемона и правда полетела домой… Неужто решила убить колдовством родную мать и захватить трон?
Нет, не может быть, подумал дракончик, и тут же мелькнула другая мысль. Эта новая Анемона – может! Та, что колдует для себя одной, старается подольститься к Мракокраду – может! Её душа, судя по всему, уже ущербна.
Может быть, заклятие Мракокрада на её ожерелье – гнусный обман? Что, если оно вовсе не защищает душу, и сестра теряла её, частицу за частицей, с каждым применением магии?
Теряла, даже когда лечила Кинкажу? У дракончика сжалось сердце.
Если так, то с Анемоной вполне может произойти то же самое, что с Альбатросом, их предком-убийцей, многие столетия назад.
