К нам с ребятами за эти дни несколько раз подходили с вопросами, кто мы и надолго ли тут машины свои ставить собираемся.
— То есть двор он обследовал? — переспросила я.
— Еще как, — кивнул Илья. — И других вариантов, кроме как поджидать нас в точке наибольшей вероятности появления, не нашел. И взрывное устройство не поставишь: неизвестно, на какой из трех машин, нашей с парнями или своей, ты поедешь. А один взрыв и все — тебя начнут так охранять, что он уже точно не подберется. Он, конечно, мог не сильно заморачиваться и просто поездить за тобой по городу пару денечков, выбирая удобный момент, чтобы выстрелить.
Но, во-первых, с тобой теперь постоянно кто-то находился, и он понимал, что наверняка люди из органов. Значит, слежку скорее всего заметят, а во-вторых, и в главных: это был срочный заказ. Тебя требовалось убрать как можно быстрей, за что ему и платили по двойному тарифу.
— Это же, господи спаси, что такое! — возмутилась я. — И кому я так не пришлась-то, а? Чьи дела или гордость намозолила?
— Узнаем, — уверенно пообещал Башкирцев и пояснил для большего моего успокоения: — Не так уж много претендентов на роль твоего злодея.
— Слушай! — вдруг осенило меня. — А если это два совершенно разных дела: трупы и сегодняшнее нападение?
— Мы это с коллегами обсуждали, — кивнул он, попросил: — Кирюш, налей чайку, пожалуйста. — И продолжил, когда я поднялась из-за стола: — Вполне рабочая версия, кстати. Может, это и разные дела, но, сдается мне, что все же это дела одного человека, — и у него в глазах сверкнул азарт.
— И эта стрельба должна означать, что произошло нечто важное между последним убийством и вчерашним днем, после чего ты стала опасна. Что это могло быть? Какой-то разговор, ты что-то сделала, сказала? Или у него самого изменились обстоятельства, и он решил не рисковать, оставляя тебя в живых. Кирюха, что ты можешь знать такого? Подумай.
— Ты серьезно меня спрашиваешь? — искренне подивившись, приподняв саркастически брови, спросила я.
— Мне в какой-нибудь тысяча трехсотый раз ответить тебе и твоим местным коллегам на вопросы о том, что я могла видеть-слышать и с кем разговаривать? Ты хотя бы представляешь, сколько раз мне пришлось отвечать на безумные какие-то вопросы скептиков из прокуратуры, оперативников и представителей криминальных структур, когда пропал Аркаша с деньгами?
— И все же, — думая о чем-то своем, протянул он, — ты же вызвала чем-то этот нездоровый интерес к себе.
