Я его дважды покормлю, он поспит и погуляет в коляске, и мы вернемся домой. Парню пора выходить в общество.
— Да ничего ему не пора! Пусть здесь гуляет! — гремел Башкирцев.
— Ты на работу не опаздываешь? — спросила я.
— Нет, — недовольно отрезал Илья.
— А тебя там никакой труп не дожидается?
— Я не выезжаю на происшествия давным-давно, — напомнил он мне. — Я начальник!
— О! — подняла я палец вверх. — А начальство тебя не ждет часом, чтобы наставить и отчитать?
— У нас с начальством полное понимание и взаимоуважение, — злился Илья все больше.
— Ну тогда подчиненные заждались, чтобы ты их попугал и наставил в свою очередь на путь истинный, — предположила я.
— Твоя ирония неуместна, — отчитал меня Башкирцев.
— Ильюш, — мягким, успокаивающим голосом обратилась я к нему. — Все будет хорошо. У нас прекрасное детское кресло в машине, самое безопасное из всех возможных, ты же сам его выбирал и ставил.
Это еще очень мягко сказано! Башкирцев достал всех продавцов и всех производителей детских автомобильных кресел, выясняя параметры, характеристики и прохождение испытаний и тестов, пока не выбрал те креслица, что его удовлетворили.
Два, разумеется: одно для моей машины, второе для своей.
— Мы поедем шестьдесят километров, и не больше, соблюдая все правила. Тихо и осторожно. Тут ехать пятнадцать минут в крадущемся режиме, — поцеловала я его в щеку и предложила: — Ну, хочешь, езжай впереди нас, разведывай дорогу, как по опасным джунглям, а мы сзади. Проводишь нас, убедишься, что все в порядке, а я тебе звонить стану каждый час.
— Ладно, — подумав, согласился он и, поцеловав сына, передал его мне и принялся торопливо собираться.
Башкирцев стал прекрасным отцом. Да я и не сомневалась. И быстро научился всему. В первую очередь, правильно держать грудного ребенка, правда, стоило это мне парочку лет жизни — при любом малейшем подозрении, что делает что-то не так и может навредить младенцу, он впадал в панику и начинал истошно призывать меня на помощь.
Ничего, быстро освоился и уяснил, что иногда младенцы просто плачут, даже когда у них ничего не болит.
Мне вообще-то несказанно повезло в том плане, что Матвей наш оказался спокойным, некапризным и здоровым ребенком, если представить что мне пришлось бы выдержать, будь он, как большинство современных младенцев, истерически капризным… Нет! Лучше даже не фантазировать на эту тему.
И, разумеется, у папаши Матюши сносило крышу на предмет его и моей безопасности.
