Что могли утащить сотрудники – бог весть! Наташа даже вазы принесла свои, из дома. В то же время входная дверь «Атланта» запиралась только на ночь. «Подобно храму, наш досуговый центр должен быть распахнут для людей», – взволнованно объявила Коростылева на том же собрании, на котором обсуждалась многоступенчатая система. На практике это означало, что Николай Степанович обязан объяснять всем случайно забредшим зевакам, что приходить нужно в рабочие часы. Хотя гораздо убедительнее с этим справилась бы закрытая дверь.
За спиной охранника висела доска с теми самыми ключами. Наташа не имела права находиться в воскресенье в «Атланте», и Панков это знал.
– Доброе утро, Николай Степанович! – Наташа улыбнулась, но не слишком лучезарно. Никакого заискивания. Традиционное вежливое приветствие. – Вы меня не пустите пару часов поработать?
– В воскресенье? Побойтесь бога, Наталья Леонидовна! – Охранник привстал и развел руками.
– Со следующей недели новый курс, надо подготовиться, а дома – ну невозможно, – с легким раздражением сказала Наташа.
– Господи, одному пятнадцать, другой девять, считай, взрослые люди, но осознать, что матери нужны два часа тишины, – задача выше человеческих сил.
– Спиногрызы, – понимающе вздохнул Панков.
– Знаете, мы такими не были, – доверительно сказала Наташа. – Когда отец дома работал, у нас царила тишина.
– Воспитание было другое, – заметил Панков.
– Где-то я что-то упустила, – покаялась Наташа. – А сейчас уже поздно.
Ну что мне их, бить, что ли? Я даже кошку шлепнуть не могу.
Николай Степанович закудахтал в усы.
– В этом ваша женская слабость, но в этом же и заключается ваша неотразимая сила, – галантно сообщил он.
Наташа зарделась.
С тяжелым вздохом, извещавшим, что ради нее он идет на серьезное должностное преступление, Панков снял ключ и протянул ей.
– Спаситель, – прочувствованно поблагодарила она. – Два часа – и меня уже нет.
Первый уровень был пройден. Оставался второй.
По утрам в воскресенье в «Атланте» делала уборку Вера.
Вера была женщина добросовестная и работящая, а главное, обеспечивавшая чистоту также в соседней школе и в продуктовом на перекрестке. В ее случае это означало, что Вера – великий оптимизатор.
Наташа поднялась на второй этаж и не удержалась от улыбки. Все двери справа от лестницы были распахнуты настежь. Многоступенчатая система безопасности вдребезги разбивалась об одну-единственную пожилую уборщицу.
