– Тили-тили, трали-вали! Надо бы внимательно рассмотреть, что за сказочку он написал… Какие там, так сказать, содержатся намеки…
Полторы минуты от начала занятия, невольно отметила Наташа. В этот раз Егор Петрович выдержал полторы минуты.
Она обвела взглядом свой класс. Все молчали, никто не пытался спорить с Выходцевым или призывать его к порядку… Они хорошо выучили прошлые уроки."
"Расползся, как трава мокрица среди картофельных рядов, подумала Наташа. Ползучий, цепкий, заполоняющий собой все, куда только можно дотянуться.
Кто скандирует «пусть расцветают все цветы», никогда не пробовал выращивать собственный сад. Это лишь вопрос времени – как скоро тот завшивеет сорняками при попустительстве владельца участка.
«Это я ему позволила так распуститься, – сказала себе Наташа. – Я не выдернула его вовремя».
Ей даже не потребовалось переключаться в режим «сердитый завуч» – впервые в жизни. Она выпрямилась и звучно проговорила:
– С этого момента я накладываю на вас мораторий, Егор Петрович. Вам разрешается присутствовать на занятиях при одном условии: все, что вы говорите, должно касаться темы урока – и только ее.
При первой же вашей попытке заговорить на свободную тему, как вы это сделали сейчас, я попрошу вас уйти.
В классе застыла мертвая тишина.
– Не понял… – нарушил молчание Выходцев, злобно прищурившись. – Вы что же это, рот мне затыкаете?
– Я запрещаю вам отходить от темы нашего занятия. Вы каждый раз говорите такие гадости, что, ей-богу, тошно вас слушать.
Кто-то на заднем ряду приглушенно ахнул.
Наташа подумала, что Егор Петрович и в этом ограниченном пространстве ухитрится сманеврировать и изобрести какую-нибудь мерзость, но Выходцев вскочил.
– Как вы смеете?! Мне, человеку уважаемому! Пожилому! Плевок в лицо!.. Я вам в отцы гожусь! – Он клокотал, содрогался и брызгал слюной.
– Нет, в отцы вы мне категорически не годитесь, даже не предлагайте, – отказалась Наташа. – Я бы вас лишила родительских прав. Сядьте, Егор Петрович, вы отвлекаете всю группу.
– Я тебя сейчас отвлеку, – пообещал Выходцев.
– Я тебя сейчас так отвлеку! Это тебе так просто не сойдет, за хамство и вседозволенность я привык бить с оттяжечкой, твое счастье, что ты женщина, а с мужчиной я бы разобрался по-своему, по-мужски… Найдется на вас, нахалок, управа…
Остервенело бормоча, он выбрался из-за стола («Точно клоп из-под коры», – подумала Наташа) и вылетел из кабинета. Дребезжащий его голос пронесся по коридору, словно кто-то нес сломанный будильник, и затих на лестнице.
