Командир штрафной роты

Что здесь похоронены безымянные герои-бойцы, павшие в бою с фашистами. Положили на холмик каску, несколько сосновых веток, дали залп и пошли дальше.

В тот период, как я узнал позже, в Словакии подняли вооруженное восстание против немцев около двадцати районов. Это были в основном партизанские отряды и части словацкой армии, перешедшие на сторону повстанцев. Партизанские отряды, порой хоть и многочисленные, были слабо вооружены и, главное, не имели опыта. Наше командование перебрасывало самолетами оружие, боеприпасы, доставлялись военные специалисты.

Глядя на карту крошечной Словакии, можно было только поражаться мужеству повстанцев. Это не наши бескрайние леса, а пятачки гор, ущелья. Там трудно создать мощные партизанские бригады, иметь место для отхода, прятать раненых после ударов по врагу. Главная надежда была на Красную Армию. Наступательные операции шли повсюду. А 8 сентября началось мощное наступление войск Первого и Четвертого Украинских фронтов, в котором участвовал и Первый Чехословацкий корпус, которым командовал генерал Людвиг Свобода.

Наступать широким фронтом в условиях Карпат было сложно. Помню, что часто операции проводились силами одного-двух батальонов или даже отдельными ротами. Нас крепко поддерживала авиация. Однажды, когда наступление застопорилось, несколько раз подряд, группами по пятнадцать-двадцать самолетов налетали пикирующие бомбардировщики, штурмовики, в сопровождении истребителей.

Видел воздушные бои, когда горели и немецкие, и наши самолеты. Сильная зенитная артиллерия была у немцев. Особенно много двадцатимиллиметровок «эрликон». И спаренные, и счетверенные. Горько было смотреть, как сразу две спаренные установки накрыли наш бомбардировщик «Пе-2». Трассы полосовали и корпус и моторы. Летчики сбросили бомбы. Не знаю, в цель или чтобы уйти от огня, но загорелся один мотор, полетели обломки от фюзеляжа, и «Пе-2», не выходя из пике, врезался в склон горы.

В одном месте дорога огибала гору с утесом высотой метров сто. С него били несколько пулеметов, в том числе крупнокалиберные, сыпались мины. Дорога простреливалась насквозь, и батальон остановился. Открыли огонь наши противотанковые пушки и минометы. Комбат приказал атаковать. Хотя наверху клубились разрывы, но мы сильно сомневались, что сумели подавить огневые точки.