Командир штрафной роты
4 прочтения
И мы, сбившиеся за скалой, куча обтрепанных от лазанья по горам солдат и офицеров, трясущихся за свою жизнь, не понимающих важности наступления. Только вперед, и наши жизни в этой битве ничего не значат. Товарищ Сталин лично за наступлением фронтов следит.
Высокомерно посматривали на нас сытые автоматчики, тоже в хорошей форме, на бронетранспортере с американским крупнокалиберным «браунингом» за щитком и вторым пулеметом на борту. Слышали мы, что приказ вышел, из-за бандеровцев высокому начальству с охраной ездить. Перебьют полководцев — кто командовать будет?
План командира полка был прост и понятен нам.
— Свой бронетранспортер в поддержку даю, — словно молодую жену уступая, закончил речь комполка.
И тогда быстро заговорил наш комбат, что, конечно, товарищ майор прав.
— Все. Готовность — десять минут. Сержант, цель видишь? — подошел он к моему пулеметчику Загорулько.
— Как стрелять начнут, что-нибудь увижу, — коротко отозвался хохол. — Но минометы не разглядишь, а их там у них штук пять или шесть. Сметут они нас.
— Может, тебя заменить, сержант, если очко играет? — прищурился майор.
— Дураки только ничего не боятся. — Загорулько расправил ленту, подкрутил без нужды прицел. — А стрелять я нормально буду, за это не волнуйтесь. — И добавил: — Ребят только жалко.
Вот упрямый хохол! Командир полка секунду-другую раздумывал. Наверное, хотел убрать слишком разговорчивого пулеметчика да сунуть его в цепь атакующих, с винтовкой и штыком.
У меня заныло разбитое еще в декабре предплечье. Рядом сопел мой верный помощник Леонтий Беда. С непривычным унынием смотрел вперед жизнерадостный «боровичок» Мухин, командир ополовиненного отделения.
