Охранник, будучи в полной уверенности, что это приехал Гапон, даже не стал спрашивать, кто там, распахнул дверь и тут же встретился взглядом с Рублевым. И Рублев, и охранник поняли одновременно, что разводить разговоры ни к чему. По их лицам было видно, эти люди не привыкли разговаривать, а привыкли действовать.
«С такой рожей можно быть только бандитом», – мелькнуло в голове Комбата, и он резко, почти без замаха, саданул охранника кулаком между глаз.
Тот собирался проделать то же самое, но реакция у Рублева оказалась немного быстрее, и охранник, отброшенный ударом вглубь коридора, качнулся, цепляясь, чтобы устоять, за вешалку.
Рублев резко вошел в квартиру и захлопнул за собой дверь. Но второй его удар угодил в пустоту. Охранник одной рукой отодрал от стены вешалку и бросил ее в Комбата, и тут же завалил высокую тумбу для обуви.
Пока Рублев путался в пальто и в плащах, человек Гапона успел выхватить пистолет и передернул затвор, досылая патрон в патронник.
Борщев со страхом прислушивался к звукам, доносящимся из коридора.
Он понимал, происходит не то, что запланировал Гапон, пришел кто-то другой. Но кто – Друг, враг?
Еще не известно, что лучше – попасть в руки к Гапону или довериться неизвестности.
– Ни с места! – прозвучал голос охранника.
Все еще путаясь в пальто, Комбат прыгнул на него, рискуя нарваться на пулю. Раздался негромкий, ослабленный глушителем выстрел.
Пуля вошла в штукатурку на потолке, отколов изрядный кусок. Комбат перехватил руку с пистолетом и резко завернул запястье.
Послышался хруст выворачиваемого сустава.
Падая на пол, Рублев ребром ладони отбросил пистолет в комнату, и пока его противник не успел опомниться, несколько раз ударил его прямо в нос, от чего тот стал плоским и из ноздрей хлынула кровь.
Пошатываясь, Борис Рублев поднялся. Охранник лежал без движения. Борис Иванович заглянул в комнату и увидел Борщева. Тот уже открыл окно и пытался залезть на подоконник. Но это было не так-то легко сделать с руками, скованными наручниками.
И тут Комбат ощутил боль в ноге. Охранник, казавшийся до этого бездыханным, повернулся на бок и поджав под себя искалеченную руку, вцепился зубами в ботинок Рублева, прокусив его насквозь.
– Стой! – крикнул Комбат, бросаясь вперед.
Охранник не выпускал его ногу из зубов, впившись в нее мертвой хваткой, словно бульдог. Комбат со всей силы ударил охранника носком ботинка в голову, попал в висок. Гигант дернулся, и тело его забилось в конвульсиях.
