Четыре, пять клиентов за день возьмешь – считай, тебе страшно повезло.
Ночь сгустилась до такой черноты, что теперь нельзя было рассмотреть что делается за обочиной шоссе. Но ехалось легко, быстро.
Дневное движение спало, а ночное было не таким обильным.
И тут шофера осенило. Он наконец-то по-своему решил проблему подполковника Борщева.
«Наверное, к бабе едет, – подумал таксист. – Хочет уехать и вернуться в такое время, когда на Москву нет никакого подходящего транспорта. Иначе бы жене сказал, что далеко собрался! Вот и чемоданчик небольшой, да и оделся не так, чтобы в первопрестольную ехать…»
На душе от этой догадки сделалось легче и теперь таксист уже с большей симпатией смотрел на своего пассажира.
Борщев даже не проснулся, когда такси миновало московскую кольцевую дорогу. И только проехав еще пару километров, парень сообразил, что зря не разбудил своего пассажира раньше. В Москве лучше добираться к нужной части города по кольцевой, чем крутиться по запутанным улицам, в лабиринте которых без бутылки и не разберешься.
– Эй! – таксист осторожно потряс Борщева за плечо.
Тот мотнул головой и вновь начал устраиваться спать.
– Эй, товарищ!
Слово «товарищ» почему-то подействовало на подполковника отрезвляюще. Наверное, в подсознании оно вытащило следом за собой воинское звание. Воинская дисциплина все-таки ко многому обязывает.
– Да?
– Приехали, вроде.
Машина стояла в конусе яркого желтого света прямо под фонарем. Неподалеку проходили трамвайные рельсы, сиявшие отраженным светом, а на другой стороне улицы высились одинаковые, как цыплята-бройлеры, облицованные керамической плиткой панельные дома.
Несмотря на поздний час во многих окнах горел свет.
– И где это мы? – поинтересовался полусонный Борщев.
– В Москве.
– Сам понимаю, что таких домов в Можайске нету.
Подполковник опустил до половины стекло дверки и с удовольствием вдохнул прохладный ночной воздух столицы.
– Район как называется?
– А я в Москве всего-то и был раз пять и те не на машине.
– Езжай к центру, а там я тебе покажу.
Таксист, полагая, что трамвайные рельсы выведут его непременно к центру, поехал вдоль них. Постепенно менялась застройка улиц, брежневские девяти– двенадцати– и восемнадцатиэтажные дома сменились пятиэтажными хрущевками. Затем стали возникать ампирные сталинские дома. Следом за ними потянулись строения, возведенные в стиле конструктивизма в довоенную эпоху. Среди них изредка возникали романтические и модерновые особняки начала века.
