– Так ты же, наверное, знаешь, Матвей Гаврилович, Де Бирсу это не нравится.
– А кто такой Де Бирс? Не знаю я такого.
Мы с тобой в городе хозяева или какой-то сраный Де Бирс?
– Мы, конечно, – хрюкнул в трубку абонент Матвея Гавриловича.
– Ну так вот, если мы хозяева, так мы сами и решим. И не колышет меня какой-то там Де Бирс. У него свои дела, а у нас с тобой – свои. И если надо будет, так мы и с твоим этим Де Бирсом долбанным договоримся.
– Вот и я думаю – договоримся.
– Деньги мы перевели.
– Знаю, управляющий банком звонил. – Ну вот видишь, а ты волновался.
– А я всегда волнуюсь, когда дело связано с деньгами. А кто не волнуется, Яша, так у того денег нет и никогда не будет. Деньги – это такая материя, которая любит, чтобы о ней волновались и переживали.
– Это точно. Погоди, я тебе позже перезвоню, тут ко мне пришли.
– Ладно, договорились. Вечером я буду дома.
– Где – в городе или за городом? В каком доме ты будешь в Москве? Тогда, может быть, я тоже заскочу? Приглашаешь?
– Нет, не надо.
Я хочу отдохнуть.
– Ладно, отдыхай. А как прошел твой саммит с авторитетами от политики?
– Все нормально, Яша, не волнуйся. Они нас поддержат в любом случае.
– Ну и слава богу. А налоги поднимут?
– Поднимут. Но ты не волнуйся, на тебя они распространяться не будут.
– А на тебя?
– Я им столько плачу к чертям моченым, что им грех с Матвея Гавриловича Супонева еще чего-то требовать.
– Тут мне звонили наши друзья.
К ним какая-то проверка приехала на полигон.
– Какая на хрен проверка? – Супонев, услышав о проверке, тут же подобрался, ведь разговор шел об очень важном деле.
– Три офицера приехали из ГРУ.
– Фамилии их знаешь?
– Конечно же знаю.
– Потом скажешь.
– Хорошо.
– А кто звонил, Борщев что ли?
– Да нет, Иваницкий.
– Так ты сказал, чтобы сделали как всегда? Столы накрыли, девочек привезли… Офицеры ведь тоже люди, тоже потрахаться не против.
– Я естественно сказал, но эти козлы будто бы другой породы.
– Какие еще козлы?
– Офицеры из ГРУ.
– А ты связался с нашими вояками?
– Конечно связался. Они обещали уточнить что и к чему.
– Вот пусть и уточняют, – сказал Супонев, бросая трубку.
Затем он внимательно осмотрел свои брюки и остался удовлетворен. Брюки остались чистыми, хотя немного помятыми. В теле разливалось приятное ощущение, как после хорошо сделанной физической работы.
