— Шведы — очень сильный и опасный враг. В то время как все армии Европы отходили от решительного натиска, они в нем развивались. К тому же солдаты Карла настоящие религиозные фанатики. И идя в бой уверены, что сражаются среди прочего за свою веру. Это очень грозный противник. Да, думаю, сие и так понятно уже. Первая битва с англо-голландскими войсками. И они их разбили словно гнилое яблоко раздавали.
— Не хочешь, чтобы мы начинали войну?
— Отчего же? Сейчас для этого максимально благоприятный момент. Но воля случая — великая вещь.
Думаю, что Карл уже знает о том, что над ним сгущаются тучи. Наши союзники даже не знаю сколько и продержатся. Хорошо если год.
— Ты их совсем не ценишь.
— Карл будет наступать с запада. Мекленбург с Данией, вероятно успеют соединится. Но без Саксонии их сил будет недостаточно. А Август не успеет. Карл вновь пойдет налегке. Быстро. Где-нибудь восточнее Гамбурга он встретит датчан и мекленбуржцев. Если они не успеют соединится, то все будет еще хуже. По отдельности… они вообще ничто против него.
Но я полагаю, что датчане сразу как начнут войну, пойдут на соединение с соесдями и станут отходить к Саксонии. С тяжелыми обозами и пушками. Он их догонит. Разобьет. Заберет обозы и встретившись с Августом — и его разгромит. Будет ли поход на Саксонию сложно сказать, но очевидно Август потеряет престол Речи Посполитой. Сам же знаешь — он там сидит на птичьих правах.
— Жестко стелешь.
— Речь Посполитая воевать нас не пойдет после постановки нового короля. Он там тоже будет на птичьих правах.
Во всяком случае до тех пор, пока Карл нас не разобьет.
— Зачем же мы тогда вступаем в эту войну? — усмехнулся Петр.
— Мы все эти несколько лет только и старались подготовиться к тому, чтобы нас не разбили. Устоим. Тогда и победа наша, потому как швед силен натиском. Но в жизни всякое случается. Тем более, что Карл удачлив. Представляешь, ЧТО будет, если мы проиграем в генеральном сражении?
— Мы будем вынуждены заключить мир?
— Это не обязательно. Со столь небольшой армией Карл увязнет в России.
Отходя и оставляя после себя только выжженную землю мы его остановим. И выиграем какое-то время. Но…
— Что?
— Великий визирь скорее всего будет доволен нашим договором. Но вот его противники — нет. А значит в случае нашего поражения восстанут крымчаки, получив их поддержку. И казаки восстанут.
— Степан Мазепа вот как их держит! — сжал кулак Петр. — И он верен мне!
— Отец, он верен тебе не более, чем гулящая баба. Дал монетку? Ублажила.
