Тюрин был мрачен, погружен в свои думы, а во взглядах, которые он изредка бросал по сторонам, ничего, кроме злобы, уловить было невозможно.
Первым наверх вышел Гуров. И сразу же попал под ослепительный луч прожектора, укрепленного на вертолете, который приземлился на ровной площадке позади здания. Грубый голос потребовал от Гурова бросить оружие и встать к стене лицом. То же самое предложили всем, кто шел за ним. Они выполнил требуемое. Гуров довольно равнодушно отнесся к тому, с каким чрезмерным рвением обыскивал его незнакомый сердитый человек, от которого пахло сложной смесью сапожного крема, одеколона и дезодоранта.
– Оба-на! Так вы из Москвы, что ли? – вдруг воскликнул милиционер, добравшийся до гуровского удостоверения. – Старший оперуполномоченный… Ничего себе! Так вы из милиции?!
Все еще стоя лицом к стене, Гуров сказал иронически:
– Ты, капитан, еще спроси – печать у меня настоящая? Для полного, так сказать, счастья.
– Да я в смысле, что очень это неожиданно, товарищ полковник! – оправдываясь, сказал капитан. – Тут нам распоряжение пришло проверить этот участок – якобы какая-то банда человека похитила и все такое… – Он кашлянул и смущенно добавил: – Извиняюсь, забылся – вы можете быть свободны, товарищ полковник.
Гуров повернулся. Возле стены были выстроены все его товарищи и Тюрин. Два милиционера не слишком любезно помогали подняться наверх тем, кто шел последним, – Илье Ликостратову и Грише.
Впрочем, наличного состава у капитана явно не хватало. Кроме него самого и пилота, присутствовали еще три милиционера, да и то третий появился лишь в самый последний момент. Он подбежал запыхавшийся и, поправляя на плече сползающий ремень автомата, доложил:
– Товарищ капитан, на территории никого. Смылись, собаки!.. Ну, ничего, я вижу, вы тут взяли кое-кого?
Капитан поморщился и махнул рукой:
– Уйди, Орехов, не долдонь! Взяли, да, похоже, не тех…
– Ты, капитан, остальных тоже бы освободил, а? – нетерпеливо сказал Гуров.
Капитан вытаращился на Гурова:
– Нашего Квадрата в Москве знают?
– В Москве про всех знают, – туманно ответил Гуров. – Это не вопрос. Вопрос в том, что у вас здесь про него знают.
