Поговорили тут двое за рюмочкой коньяку, а назавтра одного из них нашли за городом без головы.
– Ничего себе! Ну и что дальше? Взяли этого?
– Какого? – хитро прищурился шофер.
– Ну, с кем тот накануне разговаривал.
– А кто знает, с кем он разговаривал? – пожал плечами шофер. – К Геворку, само собой, тоже приходили и в прокуратуру вызывали. Кто был, что видел? А он ничего не видел и ничего не знает. Так и отступились. С тех пор ничего про это дело не слышно.
– Это что же, человеку голову отрезали, и тишина, так, что ли? – спросил Гуров.
– А я почем знаю? – сказал Леня. – Но вроде бы пока тихо. Я же говорю, бизнесмен. А у нас бизнесменов жалеть не принято. Некоторые так и говорят: поделом, мол.
– А что за человек был убитый? – спросил Гуров. – Чем занимался?
– Да чем? Всем помаленьку. Недвижимость скупал, торговал чем-то, гостиницу новую затеял строить… А погорел, говорят, потому что не в свои сани залез. Вроде бы он тут связался с какими-то отвязанными ребятами, с нерусскими. Они его уговорили наркотой заняться.
– Стоп-стоп! Что это значит – на чужом горбу? Как это возможно, чтобы на чужом?
– В наше время все возможно, – усмехнулся шофер. – Говорят, друг у него был. Тоже деловой человек. Гонял грузовики в Европу со всяким товаром. Вот этот, без головы, и уговорил его ребят взять с собой партию дури. А ребята, не будь дураки, стукнули своему боссу.
– Теперь уже почти поняли, – заинтересованно сказал Гуров и тут же задал новый вопрос: – А вот тот, что грузовики гонял, он на них, случайно, не животных редких возил? Торговля которыми запрещена?
Шофер Леня вдруг помрачнел, нахмурился и, отворачивая взгляд, ответил:
– Вы, господа хорошие, меня извиняйте, но я только что от людей слышал, то и говорю. Может, я вообще не в масть попал, кто знает? Может, это сплетни бабьи? Может, и не было ничего.
Последние слова он произнес с явным намеком.
