— Сивер, какая невероятная бестактность!
— Просто невероятная точность, Эугения. Наверное, это одно и то же.
Инсигна отвернулась.
— Моей симпатии? Ну что мне сказать…
— Зачем говорить? — немедленно перебил её Генарр. — Я объяснил, что в молодости любил тебя и, постарев — или старея, — нахожу, что чувства мои не переменились. Но это мои сложности. Ты всегда была честна со мной и никогда не давала оснований для надежды. И если по собственной глупости я предпочитаю не считать «нет» окончательным ответом, это опять-таки тебя не должно волновать.
— Меня волнует, когда ты расстраиваешься…
— Ну вот, уже хорошо. — Генарр вымученно улыбнулся. — Гораздо лучше, чем вовсе ничего.
Инсигна с видимым облегчением возвратилась к прежней теме:
— Но, Сивер, если Марлена всё поняла, почему же она согласилась подождать?
— Возможно, тебе это не понравится, но лучше всё-таки знать правду. Марлена сказала мне: «Дядя Сивер, я подожду до Нового года, потому что и маме будет приятно, и вам я хочу помочь».
— Так и сказала?
— Пожалуйста, не сердись на неё. Наверное, мой ум и обаяние сделали своё дело, и она старается ради тебя.
— Прямо сваха, — проговорила Инсигна, не то недовольная, не то удивлённая.
— А вот мне подумалось, что, если ты сумеешь заставить себя обнаружить ко мне какой-нибудь интерес, нам, возможно, удастся подтолкнуть её к поступкам, которые способны, на её взгляд, этот интерес укрепить… Правда, твоя заинтересованность должна выглядеть достаточно правдоподобной, иначе она всё поймёт.
Ну а если интерес будет реальным, ей не придётся идти на жертвы ради его укрепления. Ты поняла меня?
— Понимаю, — ответила Инсигна, — мало мне проницательности Марлены — так тут ещё ты со своими приёмами истинного макиавеллиста.
— Прямо в сердце, Эугения.
— Ну а почему не сделать попросту? Почему не отправить её наконец обратно на Ротор?
— Связав по рукам и ногам? От безрассудства можно пойти и на это. Однако мне удалось понять, о чём она мечтает. И следом за Марленой я начинаю подумывать об освоении Эритро… Подумай, целый огромный мир…
— Дышать этими бактериями, пить их и есть? — Инсигна скривилась.
— Ну и что? Мы и так каждый день поглощаем их в неимоверном количестве. Нельзя же совершенно очистить от них Купол. Кстати, и на Роторе тоже есть бактерии. Их тоже пьют, едят и вдыхают.
— Но там знакомые бактерии, а здесь они инопланетного происхождения.
— Тем проще. Раз мы к ним не приспособлены, значит, и они к нам тоже.
