Конец Смуты

Комендантом города я назначил фон Гершова. Жители получили три дня на сбор средств, а я с небольшим отрядом решил все-таки навестить курляндскую родню.

Как я и рассчитывал, утром четырнадцатого июня мой маленький отряд торжественно вступил в Митаву. Восемьсот всадников, конечно, не бог весть какая армия, но для здешних мест величина немалая. К тому же собравшиеся отпраздновать день рождения своей герцогини бароны ничего подобного не ожидали; таким образом, все, что успели сделать потомки крестоносцев, это запереться в герцогском замке и с тревогой наблюдать за происходящим.

Впрочем, пока ничего ужасного вокруг не происходило. Неизвестное войско, заняв город, не торопилось предавать его огню и мечу, а жителей подвергать грабежам и насилию, чем вводило во все большее недоумение герцогскую чету и толпящихся вокруг них баронов.

Наконец, к воротам замка подъехали несколько кавалеристов, и над притихшим замком разнесся звук горна.

– Кто вы такие и что вам здесь нужно? – нашелся наконец один из охранников, когда молчание стало совсем уж неприличным.

– Русский кайзер, великий князь Московский и великий герцог Мекленбурга Иоганн Альбрехт, – начал перечислять по-немецки мои титулы посланный мною парламентер, – прибыл поздравить с днем рождения свою тетушку, светлейшую герцогиню Елизавету Магдалену, а также засвидетельствовать уважение своему любезному дяде герцогу Фридриху Кетлеру!

Если бы разверзлись и упали на землю небеса, то вряд ли бы это произвело большее впечатление на собравшихся. Однако вскоре вслед за немой сценой ворота раскрылись, и мое величество, сопровождаемое богато разодетой свитой, торжественно вступило в цитадель Кетлеров.

Хотя фанфар и пушечных залпов не было, церемония получилась достаточно пышной. Блестящие мекленбургские кирасиры с одной стороны и бородатые рейтары Вельяминова – с другой, составляли яркий контраст, привлекавший к себе внимание многоцветьем красок и богатством вооружения. Идущие впереди в белых кафтанах и горлатных шапках рынды с поддатнями сверкали серебряными топориками. А следующие за моей спиной слуги с подарками разжигали воображение зрителей. Сам я, впрочем, разряжаться в пух и прах не стал, рассудив, что почти тысяча вооруженных кавалеристов сама по себе неплохое украшение. Лишь вышитая на шляпе корона и золотые знаки орденов Меча и Слона ясно указывали на мой статус.

– Ваш неожиданный визит – большая честь для нас, – напряженно выговорил герцог Фридрих, явно не знающий, как себя вести в этой ситуации.