Так бывает, когда долго болеют родители, или соседи упорно сгребают мусор под твою дверь, или начальник в тихом запое, уже с утра под градусом и документы портит. Словом, как выражается мой десятилетний сын, – большой геморрой. Услышав это выражение от мальчика, я спросила, знает ли он его значение.
– Типа приходишь в школу после болезни, – отвечает, – а там контрольные по математике и русскому.
Когда я объяснила сыну, проблемы в каком месте называют геморроем, он был страшно поражен, долго хохотал.
Потом заявил:
– Ребятам расскажу, они упадут! У нас все так говорят!
Несмотря на то что нелепые звонки меня раздражали и бесили, сама звонившая страдалица вызывала чувство понятной женской солидарности и жалости. Мне очень хотелось, чтобы она нашла действительную разлучницу и не по телефону, а лично высказала все, что о ней думает. Еще лучше – за патлы бы оттаскала. Я всегда восхищаюсь боевыми женщинами, наверное, потому, что по характеру – трусиха. За закрытой дверью могу в хвост и в гриву чихвостить полупьяного начальника, но в лицо ему, полутрезвому, обвинений не брошу.
Сижу до глубокой ночи, исправляю документы, которые он запорол. А с другой стороны! Он тоже сострадания заслуживает! Третий раз вынужденно женат (на беременных пронырах), а его истинная, со школы, любовь чахнет и стареет, бездетная и одинокая. Так жутко получилось, тут ведь не то что запьешь, повесишься!
Моя долгоиграющая проблема, естественно, стала достоянием подруг.
Они мне посоветовали купить телефонный аппарат с определителем номера. Вычислить обманутую жену, поговорить с ней. Не поможет – заявить в милицию. Толковый совет. Я так и сделала. Тем более, что до возвращения моего мужа из рейса осталось всего ничего.
Когда она позвонила в очередной раз, на новом аппарате номер мгновенно высветился. Я даже не пыталась что-то в трубку говорить, быстро на бумажку цифры записывала, потому что, как в память номер загонять и доставать, из инструкции не поняла.
В платной справочной мне сообщили: номер принадлежит Козлову Виктору Владимировичу. Имя ничего мне не сказало. В круг моих знакомых этот блудливый субъект определенно не входил.
Я давила на кнопки аппарата со свирепой злостью, словно хотела их внутрь загнать. Ответил мужской голос.
– Виктор Владимирович?
– Да, это я.
– Послушайте, господин хороший! Ваша жена регулярно названивает мне и обвиняет в смертных грехах.
