Конкурс убийц

Настоящий художник, чтоб вы знали, юноша, всегда даст натурщице на аборт!»"

"Компания зашлась хохотом, а Гуров ощутил разочарование. В городе с такой яркой культурной жизнью темы для анекдотов у гопников могли бы быть и разнообразнее. Увы, чуда не произошло.

Мужчина негромко кашлянул, привлекая к себе внимание, и, когда все лица обратились к нему, ласково произнес:

— Доброго дня, молодые люди. Хотя, как я вижу, утро тоже было добрым. Отмечаете что-то?

После паузы ему ответил огненно-рыжий крепыш в видавшем виды спортивном костюме и домашних шлепанцах.

— Чего надо, дядя? Отмечаем, что день вчерашний прожит. И тебе советуем, жизнь коротка. Ты шел бы, куда идешь.

— Мне надо, чтобы вы исчезли отсюда, прямо сейчас. В чудеса не верю: пить не бросите. Абстинентный синдром — не шутки, его пережить — силы нужны. Физические и моральные. А ваш потолок — в песочницы испражняться. Домашние питомцы встречаются умнее и сильнее вас, — фыркнул Гуров, решив, что к административной ответственности ребят привлекать даже не попытается.

Провокация вошла в сознания гоблинов превосходно. Некоторое время нетрезвые мозги с явной натугой обрабатывали сложное словосочетание «абстинентный синдром». Потом рыжий, маскируя неуверенность ленью, поднялся со своего места и оказался ниже Гурова на полголовы.

— Иди куда шел, высокий, повторять не буду. В тебе роста сколько, метр восемьдесят? Не боишься с такой высоты упасть? Иди куда шел, говорю. — Он сделал пару небольших шагов и оказался у полковника перед самым носом. Разило от парня, как от помойки за гаражами. Добавляя веса словам старшего, четверо поднялись с корточек.

«Впечатляюще, — подумал Гуров. — Стариков, детишек и мамочек с колясками пугать — самое оно. Потому вы и не отсыпаетесь сейчас после ночного грабежа и не тягаете железо в качалке, а двор загаживаете с утра — на большее неспособны».

Полковник поймал рыжего двумя пальцами за ухо и отвел от себя на расстояние, позволяющее не чувствовать запах. Детина озадаченно моргнул, а потом взвыл в голос, хватаясь за руку незнакомца. Удивился, наверное, в пальцах силы не заподозришь.

— Уже повторяешься, — не дав тому открыть рта, заговорил Гуров, как и прежде, спокойно и доброжелательно.