Консервация ненависти

Черт, как же нога болит!

– А меня узнаете? – наклонился к нему Гулеба.

– Он самый, Степан Сергеевич.

– У вас есть телефон?

– Срочно сообщите в отряд, что на хутор вышел старший лейтенант Бакаров.

– Я лучше запишу. – Гулеба внес в записную книжку номер дежурного по отряду и побежал домой за телефоном.

– Что случилось, Степа? – спросила жена, выходя из спальни.

– Случилось, Варя, офицер, которого бандиты взяли в плен, объявился.

– Вот тебе и «что». Геройский малый. Раненый сбежал.

Он набрал номер. Послышались длинные гудки, затем:

– Дежурный по части старший лейтенант Гаранин.

– Гулеба? – переспросил офицер. – Что еще за Гулеба?

– Не «что», а «кто». Я хозяин фермы, у которой ваших ребят положили.

– Так. Что произошло?

– На хутор вышел старший лейтенант Бакаров.

– Да! Он, видно, ранен, мы его на окраине без сознания нашли, сейчас пришел в себя, жалуется на сильную боль в ноге. Мы перенесем его в хату, но помочь ничем не сможем. Поспешайте, а то как бы чего не случилось, слаб он.

– Вы уверены, что к вам вышел старший лейтенант Бакаров?

– Да что ты время тянешь? Уверен.

– Так! Понятно. Боевиков возле хутора не замечено?

– А кто смотрел? Сейчас подниму мужиков, посмотрим!

– Сигнал принял, совсем скоро дежурная группа будет у вас! В полицию о выходе офицера на хутор не сообщайте.

– Я и не собирался. Поспешайте. – Гулеба положил трубку, взглянул на жену: – Вот так! Я помогу Дуниной перенести офицера к ней в хату, а ты накинь халат да пробегись по домам ближним, подними мужиков наших, пусть ружья возьмут да выйдут, посмотрят, нет ли поблизости чужаков.

– Ой, я боюсь, Степа!

– Ну, тогда ты беги к Валентине, а я людей подниму.

– Твою мать! Ты будешь что-нибудь делать?

– По домам пойду. Но боюсь.

– Кому ты нужна? Не бойся, я же рядом буду. И спецы скоро подъедут.

Гулеба вернулся к Дуниной, которая не смогла даже с Колькой поднять офицера. Степан же, будучи мужиком крепким, взвалил на себя Бакарова и потащил в дом, где уложил на диван в большой комнате.

– Жар у него начинается. Надо бы температуру измерить, – сказала Валентина.

– Ты ему таблеток дай, мучается же человек.

– Сейчас, где-то у меня была целая упаковка анальгина.

– И градусник возьми.

– Не командуй, теперь и без тебя знаю, что делать.

– Ты ногу не трогай. Спецы наверняка привезут своего доктора, тот посмотрит.

– Я сказала, не командуй, разберусь.

– Ну, разбирайся. Я закурю?

– На крыльце. В хате нечего дымить.