— Даночка, что с твоими волосами? Смерть явно не пошла тебе на пользу! — восклицал Серж, в священном ужасе трогая ее прядь, пока Алекс хватался за сердце, осматривая ее кожу, которую за две недели их отпуска на Бали, чокнутая бессовестно испортила по его профессиональному мнению.
А дальше…
Пока я смотрела видюшки, обучающие мужской походке и пыталась не ржать от царящего артхауса и при этом запомнить, что такое противоход, иноход, как работать корпусом и руками при шаге, меня штукатурили в мужика.
— Рисуем скулы по мужскому типу, то есть линию вниз к подбородку. Слишком далеко! — Возмущенно простонал Алекс, перехватывая холеными пальцами Данкину кисть и направляя ее, — вот так, да. Теперь вот здесь нужна линия светлого корректора, так щеки будут выглядеть еще более впалым. У таких «качков» как Женя, они всегда выражены. Контуринг лба…
— Почти готово, — мурлыкнул Серж, отрисовывая галочку на моем лбу и тщательно ее растушевывая, — Даночка, контурируй серокоричневыми тенями внутренний угол глаз и крылья носа, чтобы брови ниже казались и этими же тенями уголки губ, — велел он, взяв две кисти и прищурено оглядывая мои брови.
— Только не как у таджика, — взмолилась я, поставив на паузу видео и тут же забыв в какую сторону пряжка ремня должна разворачиваться при шаге, с сомнением смотрела в зеркало, ибо родила царица в ночь…
Меня за час превратили в мужика. Ну, как, в мужика… в мужчинку. Смазливого. Они старались, как могли, но брутуальности мне придать не получилось.
Потому, смыв контуринг с нижней трети лица, приклеили мне бороду в тон парику, но и она положения особо не спасла, ибо прежде на меня хотя бы умилиться можно было, а теперь без слез не взглянешь. Слез сочувствия.
Клей неприятно стягивал кожу, но по сравнению с предстоящим это была такая мелочь…
До закрытия клуба оставалось около двух часов. Я, сидя на заднем сидении машины стилистов, припаркованной со стороны черного хода, почесала бок, плотно обмотанный эластичным бинтом, стягивающим грудь под белой рубашкой на два размера больше моего, и смотрела, как Серж, деловито прохаживающийся вдоль стены клуба, вроде бы невзначай дернул ручку двери черного хода, она приоткрылась и я вышла и салона.
Разминулись с Сержем на середине дороги. Он, назидательно прошипев «не махай руками, тут нет мух» направился шустрее к ожидающему автомобилю.
