— Мне надо в туалет! — низким голосом запротестовала я, дотянувшись до его уха, но меня усерднее потащили к лестнице.
— Новенький, потом сходишь, у нас цейтнот полный! — орал жердь, прытко тягая меня прочь от флешки со сроком, — и какого Кондратия ты идешь в туалет для посетителей? Кристина должна была показать, где наш санузел, хотя, это же Кристина… новенький, давай живее! Зашиваемся по страшному, пойдешь мне помогать. Вот только наркоконтроль был, половина персонала сбежала вместе с посетителями! Думал, поспокойней будет, но нет ведь! Пошли, мне вип надо обслужить в срочном порядке, я нихера нигде не успеваю, сейчас подсобишь и дальше тусуйся на первом этаже!
Сопротивляться я прекратила, а то пращур клещей, резво тянущий меня за собой по лестнице, явно меня не отпустил бы, пока я там не подмахну ему тарелками.
Хуй с тобой, я тебе и мазурку станцую, только подари носок свободы бедному Добби, а то ему минимум десятка светит. Топчан и шахматы… Вендиго, блять! Нет, теперь я хочу быть просто свободным эльфом, это же не так много!.
. Ну, пожалуйста!..
— Что бы ты там не услышал и не увидел, — грозно начал жердь, протащив меня за собой на тихий коридор третьего этажа и останавливаясь у двери лифта для жратвы, доставая из широкой тумбы перед лифтом подносы, — изображаешь слепого, глухого и по возможности тупого, пока к тебе не обратятся, ясно? — предупредил он, быстро и точно располагая тарелки и чашки с кофе по двум подносам, предварительно впихнув подобострастно покивавшей мне пустой третий.
— Делаешь все молча и оперативно, понятно? Вообще никаких реакций. Кроме своего дела ничего тебя интересовать не должно. И, просто для справки: если что-то, что ты услышишь, выйдет за пределы таких вот посиделок, то, как правило, распустившему язык потом не здоровится, понимаешь? — сурово сдвинув белесые брови, строго зыркнул на снова покивавшую меня. — Соберешь тарелки и мусор. Идешь по часовой стрелке от правого края, а я кофе и снедь метну вслед за тобой.
— Побуравив меня взглядом и, кивнув самому себе, подхватил подносы и указал острым подбородком в сторону двери слева поодаль. — Ты, вроде, не тупой, завтра тоже приходи. Мне будешь помогать.
Ага, приду. Только дайте уйти.
Так как у долговязого были заняты руки, я только потянула пальцы к ручке, но дверь открылась и порог переступил мужик, разговаривающий по телефону.
Я задержала дыхание, чувствуя, как до боли морозится все внутри. Тот самый. Что у лестницы.
