Мне нужно сохранить остатки девичьей чести. Просто из вредности. И давить эти порывы с обожанием смотреть на этого… этого… боже мо-о-ой, ну за что?!
Но у Анохина на эту мою позицию были свои планы, что, в конечном итоге, когда мы всем необходимым уже закупились, разумеется, привело к моему муду по жизни — трунь. Но обо всем по порядку.
Внутри молл был похож на сотни других. Ненавязчивая музыка, яркие витрины, широкие галереи с равномерно распределенными островками со всякой хренью. Народа было больше в связи с массовыми распродажами и, как оказалось, толпу мы одинаково не любим, поэтому раза с пятого попали в магазин более-менее не набитый массами, однако, одежда здесь была чисто женская.
Я, прохаживаясь между стоек и стеллажей, выбирала себе шмотье и изредка поглядывала на Костю, идущего то параллельно, то где-то отстающего и к моему удивлению, тоже рассматривающего представленный ассортимент, но абсолютно точно, не плетущегося за мной след в след, как телок на заклание. Удивительно. Мужик, не впадающий в депрессию при шопинге.
— Примерь этот аляпистый сарафан, — внезапно произнес он, остановившись в шаге от меня и сняв вешалку с платьем со стойки.
— Хлопковое летнее платье футляр с геометрическим принтом, — поправила я, оценивающе глядя на поданную мне вещь.
А вкус у него есть. И размер верный.
— Мне нравится этот алиэкспрессный язык. — Задумчиво кивнул Костя, идя мимо меня и скользя пальцем по вешалкам. Остановился, сверился с манекеном невдалеке на подиуме и безошибочно извлек вешалку, — а это что за шаровары?
— Какие шикарные кюлоты! — ахнула я, прижимая к себе платье и мчась за «шароварами».
— Вот с этой майкой, — протягивая мне очередную вешалку.
— Свободный топ, — на автомате перевела я, очарованно глядя на поданную вещь.
Определенно есть!
Как-то незаметно я, у которой всегда был вкус, для примерки взяла вещи большей частью выбранные им. И восторгаясь в примерочной, поняла, чего мне хватает к выбранной юбке. Выглянув из примерочной, попыталась объяснить что мне нужно Косте, скучающе опершемуся спиной об арку вначале примерочных.
Беда была в том, что Анохин мало сек в разнице между женским жакетом, блейзером и пиджаком.
— Ну… такое… — с тоской посмотрела на свою одежду, не имея желание чесать самой.
— Я понял только про цвет. Сейчас, подожди. — Вздохнул Анохин и, отлепившись от косяка, ушел в общий зал, чтобы через несколько секунд за дверью примерочной сказать, — Андрюш, я привел человека, который понимает алиэкспрессный язык.
