Прицокнув языком, все же с недовольством признал, — я, конечно, не очень уверен, что смог бы закончить, но… Андрюша, хватит так смотреть, мне рано в дом престарелых. Давай, погнали заново, либо с места, где прервались, либо дальше по трассе.
Это вот как «я-все-оплачиваю», только «я-все-контролирую». Бывает такое, вот вроде любишь и обожаешь человека, восхищаешься им, а с ноги дать все равно хочется, даже зная, что от этого станет еще хуже. Потому, мягко улыбнувшись, взяв его лицо в ладони, медленно, поверхностно оглаживая большими пальцами скулы, очень тихо и просительно произнесла:
— Я хочу сесть за руль.
— Прикосновения нежнее и мягче прошение в голосе, проникновеннее глядя на закатившего глаза Анохина, — позволишь?
— Я не устал.
Да кто сомневался вообще, ты чо, командор? Ясно-понятно. Переходим к тяжелой артиллерии.
— Я хочу, чтобы ты отдохнул. — Зарываясь лицом в его шею и мягко касаясь губами теплой кожи, — пожалуйста. Я по дорожным знакам соориетируюсь, а если не пойму, я разбужу тебя. Кость, я хочу, чтобы ты немного отдохнул, пожалуйста, позволь.
И в голове слова Кира: «Костя, если позволишь…», ну, в принципе понятно, как они с Константином Юрьевичем управляются. Мы теперь одного племени, методы учитываем. Бедная семейка, как им тяжело иногда приходиться, им-то вот так просительно его обнимать и целовать нельзя. Немного коратнуло от представления, как Кир вот так оседлав его о чем-то упрашивает. С трудом подавив неистовое лошадиное ржание, едва не пустившее под откос почти доведенную до конца операцию, дрогнувше вздохнула.
Недовольно попыхтев Константин Юрьевич все-таки уступил и развалившись на соседнем сидении, сдвинув бейсболку, вроде бы даже уснул, пока я внутри содрогаясь, пыталась найти взаимопонимание с многотонным танком.
Впрочем, когда через пару сотен километров заехала на заправку, решив подкормить вполне маневренного носорога, содрогание у меня вызвало другое — он не спал. Сообщил с какой стороны бак, как только я свернула с трассы к заправке и вроде даже собирался самолично машину идти заправлять.
Может, его отпиздить? Чем-нибудь тяжелым по голове стукнуть, чтобы отрубился? Дерьмовый план, потому что с первого раза может не получиться, а я слишком молода и красива, чтобы умирать."
"— Кость, — с трудом подавляя совершенно другое слово, просительно начала я, тронув его за руку, нахлобучившего бейсболку и очки и только потянувшемуся к ручке двери. — Ты не обижайся, но меня твое недоверие очень задевает.
