Несколько лет назад, мы с Артуром жестко разругались и вроде бы даже расстались, как раз перед тем, как мой младший брат Мишка, беззаветно влюбленный паркур, сорвался с крыши и заполучил диагноз, звучащий как изолированная позвоночно-спинальная травма, полный двусторонний переломовывих С четвертого позвонка."
"Перелом шейных позвонков, парализовавший моего брата. Артур был рядом, когда Мишке ставили титан в позвоночник в местной больнице. Артур был рядом, когда из-за этого у моего брата пошли микропереломы и мы продали квартиру, чтобы проплатить операцию в Ортоне, а мой отчим благополучно спустил все деньги с девизом: «я сейчас ка-а-ак подниму бабла и вылечу своего сына!».
Потом девиз поменялся на «ка-а-ак врюхаюсь в новые кредиты, отыграюсь и спасу своего сына!». Артур был рядом, едва не пожертвовав институтом, потому что он работал и учеба страдала. Работал, чтобы хоть немного денег было, пока мама вместо поиска третьей работы, была рядом с Мишкой, от которого уходило время, а значит и шанс встать на ноги.
Артур поддержал меня в решении зарабатывать махинациями и почти не ебал мозг из-за Дениса, к которому просто безумно ревновал и делал вид, что верит мне, готовой ему башку свернуть за то, что допускает мысль, что я могу изменить ему. Артур был рядом, когда у нас были деньги и Мишка не шел, а рвал на поправку в реабилитационных центрах Европы. Артур был рядом, когда на меня завели уголовное дело и он снова сделал то, чего не обязан был — помог мне избежать срока.
Изменил он мне, когда кошмар пошел на убыль. Изменил вот с этой…
Я смотрела на Эмму и не понимала.
В первые секунды после того, как она, сосредоточенно глядя в асфальт у моих ног попросила прощения и сказала, что они с Артуром периодически встречаются уже достаточно длительное время (да, начали примерно через три месяца после того, как мне дали условку), у них любовь (тут я икнула, но поверила ей. У нее точно любовь, потому что она заплакала, но почти сразу остановилась), и Эмма думает, что я настаиваю на узаконивании наших отношений Артуром, который считает брак своим долгом.
Так он меня еще и тираном перед ней выставил.
Свое блядство и неспособность сказать в глаза, мол, давай разбежимся, прикрыл моим характером, потрахивая безобидную и безотказную Эмму и свой мозг заблуждением, что после тяжелого этапа в жизни, который люди проходят вместе, он обязан на мне жениться. И я, дура полная, вообще ничего не подозревала.
