— Это был какой-то абсурд! — обиженно, словно обманутый ребенок, заявила она. — А уж когда на третий час вместо нормального фильма они включили бесконечно едущий поезд, то и вовсе пытка. Больше никогда к ним не пойду.
Я лишь порадовался, что не смог попасть туда. К тому же слова Люды подтвердила и вышедшая следом статья в «Красной газете». Общую характеристику вечера обозначили буквально в двух словах: «нечто непечатное». Да уж, стоит внимательнее относиться к тому, куда меня приглашает Илья Романович.
Да и вообще поэты и артисты — люди весьма экстравагантные, как-то я забыл об этом. Компания, что собралась в доме Говориных, никак не походила на любителей эпатажа, вот я и расслабился.
К середине февраля я закончил книгу по автомобилестроению нашей страны. О чем сразу же сообщил Михаилу Ефимовичу. Тот откладывать встречу не стал и уже через два дня принимал меня в редакции журнала в своем рабочем кабинете.
— Заходи, садись, Сергей, — приветливо встретил меня Кольцов. — Ну, показывай!"
"Он даже руки от предвкушения потер.
Я тут же передал ему отпечатанную книгу весом килограммов в пять. Все из-за плотной бумаги, на которой она была напечатана — иначе бы при частом открытии-закрытии «3д» картинки быстро порвались.
Михаил Ефимович азартно раскрыл мое творение и на десять минут буквально выпал из жизни, пока не долистал книгу до конца.
— Замечательно! — охарактеризовал он мой труд. — Такое не стыдно даже за границей показать. Да и для нашего, советского, человека более наглядного материала об успехах социализма и придумать трудно.
Тем более, сейчас витают слухи о направлении всех усилий страны на тяжелую промышленность. Эта книга лишь подкрепит эту направленность. Тебя даже могут премировать.
— Для всех старался, — скромно сказал я, хотя внутри при словах о премии стало тепло. Уж отказываться я точно не буду. — Михаил Ефимович, тут вот еще что, — достал я из своего дипломата еще одну книгу.
Даже не книгу, а скорее небольшой альбом с картинками.
Его я создал в рамках обучения своих однокурсников «основам коммунизма» по заданию Рябинцева. Каждый разворот был наглядной сравнительной картинкой с короткой подписью: слева сцена из жизни до революции, справа — после, но не так, как это происходит сейчас, а как должно в идеале. Так к примеру слева был нарисован карикатурно богатый буржуй с розгой как у погонщика и замученные рабочие у него в ногах, передающие золотые монеты.
