– Если бы я могла, для спасения миллионов несчастных граждан империи, совершить убийство, я бы сделала это не задумываясь… Но я, как Светлая волшебница, не имею права убивать людей.
– И на этом спасибо.
– Поэтому, доблестный сэр Федор, рыцарь Черного дракона, это необходимо сделать тебе. Причем за очень хорошую оплату.
– Да ты что, спятила? Хочешь, чтобы я ребенка убил?
– Есть еще один способ. Если ты соблазнишь принцессу, то ее и убивать не придется, и женой императора она быть не сможет…
– Что? Бред! Как ты себе это представляешь?
– Просто дай ей кулаком в челюсть, а когда она вырубится… Ты уже был женат, объяснять подробности, думаю, не надо.
– Какая ты Светлая волшебница? За кого меня принимаешь, ведьма?
– Короче, ты согласен взять на себя ответственность за будущее миллионов людей, которые из-за твоего псевдоблагородства рискуют получить буйнопомешанную императрицу?
– Я не знаю, что там будет дальше и в кого она превратится, но Виолу я убивать не стану и тебе не позволю.
И вообще, знаешь что, проваливай-ка ты от нас подобру-поздорову, пока я тебя не зашиб. Чтоб духу твоего здесь не было, поняла, стерва?
– Фу, как грубо. Смотри, я останусь с вами, а ты еще извиняться через пять минут будешь…
– Да пошла ты!
– Хи-хи, время засекай…
Виола как раз только окончила плетение красивого венка из полевых цветов, как вдруг до ее слуха донесся испуганный женский крик:
– Ой, помогите, ой, не надо, я стесняюсь…"
"Подумав, что женщина опять подверглась нападению каких-нибудь разбойников, Виола бросила венок и, выхватив лук и стрелу из колчана, побежала на звуки в сторону ближайшей низинки.
И, подбежав к ее краю, остановилась как вкопанная. Ну еще бы! Ее телохранитель, усевшись верхом на упавшую навзничь Дину, несмотря на все ее сопротивление, на глазах Виолы правой рукой решительно порвал на женщине платье, в результате чего ее великолепная грудь наполовину вывалилась наружу. Конечно же, бедняжка, перехватив руки Федора, пыталась оказать сопротивление подобным действиям, но разве могла слабая женщина справиться с озверевшим от грубой похоти самцом?
– Ах, не надо, сэр Федор, меня же потом замуж не возьмут!
– Стерва, прибью, дрянь! – громко ругался доблестный рыцарь, очевидно собираясь перейти к еще более решительным действиям.
– Сэр Федор, прекратите, как вам не стыдно! – закричала Виола, подбежав к распластавшейся на земле парочке.
