Конунг Туманного острова (СИ)

— Гля, Керт, какой воин стоит! Гладкий, как девка! Гы-гы-гы!

— Хорош! Был бы он девкой, я бы такой присунул! — добавил невидимый товарищ.

— Был бы ты мужиком, я бы тебе печень вырезал, — раздался юный голос за дверью, — Валите отсюда, пока я добрый. Я княжий муж при исполнении. Мне деревенщину отпинать — милое дело. Да только на посту я, нельзя мне.

— Это ты мне печень вырежешь? — раздался насмешливый голос. — Керт, а по-моему, это девка! Давай-ка проверим!

— Давай! Ух ты, мой сладкий…

— А-а-а!!! Ты чего творишь, щенок!

— Твою мать! — заревел князь и бросился в коридор, пинком распахнув дверь.

Он опоздал. Один воин уже валялся на полу, зажимая широкую рану на животе, а второй лежал на пузе, а к его горлу княжич Кий прижал нож и уже собирался сделать последнее движение. На лице мальчишки было написано истинное наслаждение происходящим.

— Замри! — крикнул князь. — Не смей!

— Да чтоб я сдох, — изумленно почесал затылок Теодон. — Да как же вы так обделаться могли, парни? Он же пацан совсем!

— Да я и не понял ничего, государь, — прохрипел воин, лежавший на земле.

— Я в своем праве, — упрямо ответил Кий. — Параграф пятый устава. Нападение на часового при исполнении. За то смерть полагается. Дозволь, княже, я свой долг исполню.

— Отпусти его и иди к сестре, — сурово зыркнул на сына Самослав. — Да что ж ты за человек такой! Даже здесь драку устроил!

— Они первые начали, — упрямо посмотрел на отца Кий.

— Эти воины не ждали нападения, — укоризненно покачал головой князь. — Они бы тебя в землю втоптали.

— Я что, совсем дурак, по-твоему? — обоснованно обиделся Кий. — А как еще мне на них надо было нападать? Они же больше меня в два раза. Конечно, я ударил, когда они не ждали. Я же не берсерк нурманский, с головой дружу еще.

— Комнату мне приготовьте, — Берислав подошел к одному воину, а потом к другому. — Мне нужна кипяченая вода и сундук с принадлежностями.

— Вот ведь повезло мне с родней. Один режет, второй шьет, — бурчал Теодон, глядя, как красивый, словно ангел, мальчишка целует в щеку его жену. В глазах Кия еще пробегали сполохи адского пламени, и даже отсюда король чувствовал беспощадную, злую энергию юного воина.