Я только за, — отвечаю одними губами и Рустам одобрительно кивает.
Он серьезен как никогда. Кажется, эта ситуация беспокоит его не меньше меня. В чёрных глазах плещется холод и отстраненность, и я невольно ежусь, обхватывая себя руками за плечи.
— Я могу идти? — больше всего на свете мне хочется укрыться от его взгляда.
Побыть в одиночестве, вдоволь поплакать и пожалеть себя. Да, именно пожалеть. Потому что я никогда в жизни не чувствовала себя столь отвратительно как сейчас. Даже тогда, когда умерла мама, папа запил, а меня отправили в интернат.
— Можешь идти, — отвечает Рустам немного подумав.
Он делает несколько твердых шагов мне навстречу, будто идёт провожать к двери, а я поднимаюсь с места и нервно одергиваю вниз клетчатую рубашку. Я бы слукавила, если бы сказала сейчас, что этот наш разговор не ударил по моему самолюбию. Ударил, ещё как. Я украдкой смотрю на себя в зеркало и вижу там испуганную поникшую девушку без блеска в глазах. Серую мышь, которую никто никогда по-настоящему не любил.
Мы замираем друг напротив друга на расстоянии нескольких сантиметров. Я почти не дышу, испытывая странные противоречивые эмоции. Несмотря на то, что в душе творится полнейший хаос и неразбериха по отношению к братьям Тахировым, я ощущаю острое влечение к Рустаму. Наверное, мне все ещё хочется почувствовать себя желанной.
— Совсем забыл сказать о важном, — неожиданно произносит он чуть хрипловатым голосом. — У вас с Надей теперь есть своя квартира в центре города.
Полностью обустроена и готова к проживанию. Естественно я буду оплачивать счета, услуги няни, водителя и домработницы. У тебя по-прежнему останется безлимитная карта, которой ты сможешь пользоваться в любой момент. Я прекрасно понимаю твоё стремление сбежать от меня, Лера.
Облизываю сухие губы, немного наклоняюсь вперед и тянусь рукой к журнальному столику, где стоит моя бутылка с водой. Делаю несколько жадных глотков и прокашливаюсь. Неужели все, что он говорит это правда? По-моему, за сегодняшний вечер у меня и так слишком много потрясений.
— Теперь, когда проблемы, оставленные Тимуром, разрешились, вы с Надей можете беспрепятственно покидать территорию особняка.
— Ты приобрел квартиру для нас? — спрашиваю, наконец опомнившись.
Сразу же вспоминаю, как подозревала его в жадности и ненавидела за то, что оставил меня без крыши над головой. С тех пор утекло много времени и мои взгляды кардинально изменились. Он щедрый, уж слишком.
