– Хотя в Солерно не любят незваных гостей, которые подбираются, как воры.
– Попрошу не оскорблять его величество! – шепеляво возмутился Ламброзо. – Вы видите, милорд, – он заискивающе обратился к королю, – как я страдаю рядом с такими соседями. Я надеюсь, сегодня нам удастся разрешить все разногласия…
– А вас никто не приглашает, граф, – отрезала я. – Ворам и грабителям не рады в Солерно ещё больше, чем незваным гостям.
– Попрошу! – завопил он. – Что за голословные обвинения?!
– Всё, не визжи, – произнёс король и словно запечатал рот Ламброзо, потому что граф сразу замолчал.
– Слышал же – тебе не рады. А нас – пригласили, – и он изобразил улыбку, которая больше походила на оскал.
Хильдика щипала меня через камзол так больно, что у меня, должно быть, образовалась дыра на боку, и мне ничего не оставалось, как сказать дракону и его брату:
– Добро пожаловать в Солерно, ваше величество. И его светлость тоже – добро пожаловать. Прошу за мной, – и я направила коня к городу, наблюдая за тем, что происходило позади, в блестящую до зеркальной гладкости золотую пластину на шее у Хильдики.
Было видно, как король Рихард махнул рукой, и Ламброзо и Вльяпито не осмелились поехать следом за нами. Уныло понурились и развернули коней.
– Отец будет рад видеть вас, ваше величество, – сказала я, решив, что надо как-то проявить благодарность за то, что не настаивал на компании грабителей.
– А принцесса будет рада? – король снова изобразил улыбку, больше похожую на оскал. – Мы слышали про принцессу Аранчию и желаем её видеть.
Хильдика ущипнула меня особенно больно, ещё и с подворотом, но я даже не изменилась в лице.
– Моя сестра тоже была бы рада приветствовать вас, – ответила я чинно, – но как раз сегодня утром она отбыла в монастырь, чтобы присутствовать на праздничном богослужении.
– Какая жалость, – подхватил Рихард. – Когда она должна вернуться?
То, что он не спросил, на какой это праздник отправилась принцесса, лишний раз убедило меня, что драконы – лютые невежды и безбожники.
Тем лучше. Невежд всегда проще обвести вокруг пальца.
– Боюсь, ваше величество, – произнесла я с притворным сожалением, – что моя сестра задержится в монастыре надолго. После праздника она пожелала провести сорокодневное поминание по нашей безвременно почившей матери. Но когда Аранчия вернётся, я передам ей ваши добрые пожелания.
– Аранчия… Красивое имя, – похвалил дракон, ничуть не огорчившись, что принцессы не будет больше месяца.
