– Нет, ваше высочество… – пролепетал паж. – Его убили… Ударили стрелой прямо в сердце…
Глава 20. Шахматная партия
Разве я могла подумать ещё пару месяцев назад, что в Солерно произойдёт покушение на короля, а потом и убийство благородного лорда? Конечно, назвать Ламброзо благородным было очень уж огромным преувеличением, но одно несомненно – чистокровным он был, и его род был одним из древнейших семейств королевства. А значит, убийство становится делом государственной важности. Со всеми вытекающими последствиями.
– Надо немедленно осмотреть место, – сказала я, хотя заочно готова была пожать руку тому, кто прикончил такую гадину.
– Сам осмотрю, – тут же сказал король Рихард. – А вам, принц, лучше остаться во дворце. А ещё лучше – лечь в постель и хорошо отдохнуть.
– Благодарю за заботу, ваше величество, – я тоже перешла на официальный тон, – но чувствую я себя прекрасно, а Солерно – это мой город, если вы позволите напомнить.
– Прекрасно помню, – король усмехнулся и покачал головой: – Но приказываю остаться во дворце.
Кто-то должен наблюдать здесь за порядком, не так ли?
Я сполна оценила королевскую дипломатию – принцу позволялось остаться в стороне без потери престижа, но оставаться в стороне я точно не собиралась.
– Сожалею, но подчиниться вашему приказу не могу, – сказала я дерзко. – Первая моя задача – охранять жителей и гостей города. Вторая – охранять вашу жизнь. Если в Солерно объявился убийца, я не могу отсиживаться во дворце.
– Какой упрямец, – дракон продолжал улыбаться, будто ему очень нравилось, что принц дерзит.
– Ладно, пойдём вместе. Под такой охраной мне никакой убийца не страшен.
Он шутил, разумеется, но я добилась того, чего хотела, а остальное было неважным.
– Тогда идёмте, – я поправила кинжал в ножнах на поясе, и в этот момент король Рихард вдруг протянул руку и погладил меня по щеке, проведя большим пальцем от уголка губ к скуле и обратно.
Прежде чем я сообразила отшатнуться, он уже убрал руку и смотрел на меня, как ни в чём не бывало.
– Это что было? – спросила я настороженно, а у слуги, наблюдавшего за этим, глаза полезли на лоб.
Что там происходило с остальными, которые толпились поодаль, я даже не стала проверять. Уши у меня загорелись, и я попыталась сохранить достойный и невозмутимый вид, хотя о каком достоинстве могла быть речь, когда тебя потрепали по щёчке, как малого ребёнка.
– Соринка прилипла, – объяснил дракон и для пущей убедительности ткнул себя пальцем в щёку: – вот тут.
