Кстати, что за слово ты вообще используешь? Оно же древнее, как моя прабабка. Надо говорить «трахаешься».
— У тебя нет прабабки…
— Вот и я о чём!
— Кай, да прекрати ты себя вести как ребёнок! — наконец рявкнул выведенный из себя Берни. — Да, хорошо, я завидую! Завидую тому, что у тебя талант от бога, который ты предпочитаешь пропивать, находясь на пороге нищеты! Завидую тому, что на тебя обращает внимание любая из женщин, которой ты вскользь заинтересуешься, а не только потому, что они считают тебя денежным мешком! Но всё равно поступать так, как ты, не буду.
Я считаю, что нельзя удерживать около себя женщину, если не собираешься сделать её счастливой.
— А кто говорит про «удерживать около себя»? Так, использовать пару раз… Опять же, судя по фее и той блондиночке, что ты привёл, Риша выходила из этого дома более счастливой.
Берни прикрыл глаза и шумно задышал через нос. Он всегда так делал, чтобы успокоиться. Я внутренне усмехнулся. От медленного доведения приятеля до белого каления я всегда получал особое моральное удовольствие сродни изысканному деликатесу.
— Я сейчас выйду и попытаюсь уговорить леди Джейн Оллроу вернуться и рассказать о своём деле. Она хочет найти человека и готова заплатить за информацию триста фэрнов. Всего лишь за информацию, понимаешь? Пожалуйста, возьми себя в руки и сделай на полчаса вид, что ты не последний засранец в этом городе. Если тебе настолько противно играть роль джентльмена, то подумай хотя бы о Мэтью. Ты должен отдать залог за особняк в этом месяце, и если не отдашь, то у тебя его отберут вместе с землёй.
Мэту будет негде жить!
Громко фыркнул.
— Ладно, зови свою зазнобу… как там её…
— Леди Джейн Оллроу, и не притворяйся, будто та фамилия тебе ни о чём не говорит. Ты, конечно, тот ещё интроверт, но я просто не поверю, что ты ни разу не слышал об этой семье.
Пожал плечами, делая вид, что мне всё равно. Берни стремительным шагом пересёк гостиную и вышел из дома, а я задумался. Разумеется, фамилия Оллроу была в Лорнаке на слуху.
Чете принадлежало несколько зданий в фабричном квартале, крупнейший стеклоплавильный цех, а также добрая треть пакгаузов в рыбацком квартале. Я лично ни разу не пересекался с членами этой семьи, но неоднократно читал заметки в ежедневных бумажных листках о господине Вилмаре Оллроу. И что удивительно — о нём писали только хорошее. Возможно, в этом и крылся ключ к загадке о том, почему я до сих пор не встречался ни с кем из представителей этой семьи.
