Король медвежатников

 — Он посмотрел в сторону и, заметив в толпе какого-то своего знакомого, приветливо улыбнулся. — Место не самое подходящее для бесед, но что поделаешь, в другое время вас очень трудно встретить. Вы умеете прятаться. Так вот, нам прекрасно известно, что вас вызывали в полицию и вы от всего отказались. Но комиссар не верит вам. У полиции нет фактов, чтобы упрятать вас за решетку, но нам этих доказательств и не нужно. — Молодой человек слегка поморщился. — Мы же не полиция, — он мило улыбнулся. При этом его уши совсем ушли в череп.

Он вновь поклонился, теперь уже какой-то пожилой паре, раскланявшейся с ним так же чинно. Похоже, в Гранд-опера он был своим человеком. — Так вот, я хочу сказать, что вместе с деньгами и камушками из сейфа была похищена весьма ценная картина, относящаяся к началу тринадцатого века. Человек, который уполномочил меня вести с вами переговоры, просил сказать, что камни, так и быть, он вам прощает. Считайте, что вы их заработали. В конце концов, каждый кормится так, как умеет, но вот картину вы должны вернуть. Она вам не принадлежит.

— Как к вам обращаться?

— Зовите меня Вольдемаром… Так меня называют многие.

— А если я вам скажу, любезный Вольдемар, что я не брал ни картин, ни камушков?

Хищник соорудил скептическое лицо:

— Не смешите меня, право! Ведь мы же с вами все-таки серьезные люди. Вы мне напоминаете ребенка, который съел все варенье и не желает в этом признаться, хотя его губы перепачканы.

На полицейскую ищейку Хищник не походил. Хотя как знать, в последнее время они научились разыгрывать такой театр, что не отличишь от настоящего действа.

Савелий решил пойти ва-банк:

— А если я вам скажу… Что я действительно вскрыл сейф, но вместо камней и картины взял оттуда всего лишь газетные вырезки.

Хищник задумался, — к такому повороту разговора он не был готов, хотя чувствовалось, что по достоинству оценил откровения Савелия.

— Маловероятно… Но даже если это так, следовательно, вы должны отыскать этого человека и забрать у него картину.

Прозвенел звонок, и публика неторопливо потянулась в зал. Мимо них прошли две пожилые дамы с веерами, — на Савелия дохнул крепкий аромат духов.

— А если я скажу нет?

— Вы же умный человек, вы все просчитаете… и согласитесь!

— Тогда я вынужден буду вас огорчить. Посмотрите на свою спутницу. — Савелий обернулся, Елизавета, улыбаясь, разговаривала с каким-то высоким блондином привлекательной наружности. — Поверьте мне, это очень опасный человек.