Король медвежатников

Убийца! Пускай вас не вводят в заблуждение его ангельские глаза. Это обман! Подавляющее большинство убийц обладают именно такой располагающей внешностью. Убийство для него — просто профессия. Я надеюсь, вы не хотите, чтобы с вашей женой что-нибудь случилось?

— Если что-нибудь с ней случится…

— Тише, тише, — предостерег Хищник. — На нас обращают внимание. Может выйти скандал, ваше имя всплывет в прессе, а я думаю, вам этого очень не хочется. И знаете, мы не такие беззубые, как это могло вам показаться… — Внешне его новый знакомый выглядел очень доброжелательно.

Со стороны их разговор напоминал беседу двух приятелей. Правда, один из них выглядел слегка напряженным, но с кем не бывает! — Мы даем вам месяц, чтобы вы вернули картину. Ни дня больше.

И, заложив руки за спину, неторопливой ровной походкой направился в партер. Савелия и теперь не оставило ощущение, что за ним наблюдают. Фойе опустело, если не считать двух-трех пар, запоздало направляющихся в ложи.

Да вот еще билетерша, уныло сидящая у дверей.

— Что это был за мужчина, с которым ты только что разговаривала? — стараясь скрыть тревогу, спросил Савелий.

— Ты что, ревнуешь? — почти восторженно воскликнула Елизавета. — Я горжусь! На тебя это так не похоже.

— Скажи правду, ты меня ревнуешь! — счастливо улыбалась Лиза.

— Только самую малость, — попытался отшутиться Родионов. — Ну, так что он тебе говорил?

— Он оказался очень милым молодым человеком, делал мне комплименты и говорил, что я невероятно красива.

И знаешь, он предлагал мне встретиться завтра.

Савелий Родионов слегка нахмурился:

— Что же ты ему ответила?

— Я сказала, что у меня есть человек, которого я очень люблю.

— Ты правильно поступила, моя девочка, — как можно беззаботнее улыбнулся Савелий.

Взяв под руку Елизавету, он повел ее в зал.

Глава 7 У вас под плащом пистолет?

То, что ощущения его не обманули, Савелий понял часа два назад, когда возвращался из театра.

Извозчиком у него оказался старый знакомый — вихрастый парень. Молодец очень напоминал сельского юношу из какой-нибудь владимирской глубинки, и трудно было поверить, что ему довелось родиться среди виноградников Средиземноморья.

Едва экипаж отъехал от Гранд-опера, как за ними увязалась пролетка. Из-за густой темноты невозможно было разглядеть, кто находится в экипаже.