Король медвежатников

Беличья кисть уверенно трогала холст, нанося легкие мазки. Получалось не очень качественно, почти грубо, но художник не обращал внимания на явные промахи, — процесс явно доставлял ему наслаждение. Он на минуту отвлекся от работы, чтобы посмотреть на холст с расстояния двух шагов. Щелкнул удовлетворенно языком, покрутил головой и вновь вернулся к полотну. Так работать могли только большие мастера, забывая не только про хлеб насущный, но и про сон. Оторвать их от создания шедевра могла разве что брошенная под ноги бомба или закончившиеся краски.

Но Савелий знал, что Барановский рисовал весьма скверно, и самое большее, на что он способен, так это аккуратно выводить на холсте геометрические фигуры, что, впрочем, не помешало ему однажды организовать выставку своих картин в одной из самых престижных галерей.

Что поделаешь, маленькая блажь большого человека.

И оставалось только гадать, в какую сумму обходится ему подобная прихоть.

И все-таки Барановский был художник, пусть небольшой, но божья искра в нем тлела, и к искусству он имел отношение, а потому не терпел за своей спиной чужого взгляда. Бросив кисточку в стакан с водой, он равнодушно спросил:

— Как вы меня нашли?

— Сделать это было нетрудно. Мои люди следили за вами.

— Ах, ну да, конечно. Это тот самый человек с раскосыми глазами. Припоминаю… Дважды я видел его, но никак не думал, что он как-то связан с вами. Так что вы от меня хотели узнать?

Барановский не стал отходить от холста, лишь небрежно вытер руки о влажную ветошь, тем самым давая гостю понять, что прервал занятие ненадолго, лишь для того, чтобы устроить себе небольшой перекур.

— Это ваши люди стреляли в меня около моего дома?

Барановский почесал средним пальцем переносицу, и Савелий увидел, что между бровями у него осталась темно-синяя полоска.

— Позвольте, зачем мне это было нужно?

— Чтобы избавиться от свидетеля. Ведь вы же сами прекрасно знали, что картина, которую мы взяли у д\'Артуа, настоящий шедевр. Сначала вы убрали Дюбаи, который был посредником, а потом очередь дошла и до меня.

— Вы всерьез так думаете? — Удивление получилось искренним. — У вас что там под плащом, пистолет, что ли? — раздраженно поинтересовался Барановский.