Королева Бедлама

Поменьше шахмат и побольше танцев. И побольше приятных встреч с хорошенькими девушками, их в Нью-Йорке немало. Поразительно, как приставленный к горлу нож способен направить мысли человека к таким вещам, которые еще неделю назад казались сущими глупостями, а теперь — безвозвратно упущенными возможностями.

Нет, подожди, твердо осадил себя Мэтью. Просто подожди. Ты все еще жив, и Берри жива. Будем надеяться. Да, возможно, скоро — слишком скоро — придет время слез и печали. Но пока оно не пришло. Надо сохранять спокойствие, трезвость ума и при первой возможности быть готовым к быстрым действиям.

Карета угодила в яму глубиной с его уныние и подпрыгнула. Подходящий момент для швыряния шляпы в лицо Джереми был упущен. В этой карете героев нет. Но разве не нужно быть героем, чтобы хранить самообладание, когда душа вопит и рвется из тела?

Что будешь делать, лучик ты мой лунный?

Паренек опустил нож на сиденье. Убаюканный качанием кареты, Бромфилд чуть закатил голову назад и прикрыл веки.

— Слушай, — обратился Мэтью к Джереми. Бромфилд тут же распахнул глаза и сел прямо как штык.

Парень молча уставился на Мэтью.

Джереми покосился на Бромфилда — тот пожал плечами.

— Вот и я ушел из приюта в пятнадцать. Я ведь тоже из приютских.

— У тебя какая специальность?

— Ну, какой у тебя талант? Почему тебя забрали из приюта в школу Капелла?

— Да то не школа, а… — Джереми нахмурился, подбирая нужное слово. Соображал он явно не слишком быстро. — Университет!

— Чую, ты далеко пойдешь, когда его окончишь.

Паренек взял в руки нож и прямо-таки с любовью взглянул на клинок.

— Да вот эту штуку бросать умею, — не без гордости сказал он. — Промеж лопаток попадаю с двадцати шагов! В детстве я так индейского парнишку убил, который у моего папаши кур таскал. Сперва нож ему в спину воткнул, а потом глотку его красную перерезал и скальп снял!

— Похвально. А сколько тебе было лет, когда это случилось?

— Одиннадцать вроде. Потом индейцы пришли и отца утащили, дом подожгли, а меня к дереву привязали.

Мэтью кивнул. Стало быть, перед ним будущий убийца, способный разить издалека, из укрытия. А ведь и у Осли был талант — находить такие дарования, видеть их в самом зародыше. Можно назвать это семенем зла, которое бывает или врожденным, или появляется в человеке после определенных страшных событий. Капелл же взращивает это семя, превращая сырье в ценный ресурс.