Королева Бедлама

Тут же кто-то подобрал с земли его факел, но никакой помощи упавшему предложено не было. Он остался корчиться и дрожать в кустах, а остальные просто двинулись дальше.

— Вы ему не поможете? — спросил Мэтью главаря.

— Ему уже не поможешь.

— Как я понимаю, в этом лесу водятся волки.

Главарь остановился. Его лицо исказила чудовищная ухмылка, казавшаяся еще страшнее в свете факела.

— Слыхали? Как он понимает, в этом лесу водятся волки, — сообщил он остальным.

Тут его ухмылку разбил вдребезги не менее чудовищный смех, который подхватили все присутствующие.

— Разве я сказал что-то смешное? — спросил Мэтью.

— Да ты сам смешон. Шагай, говорят!

— Перла! Хватит! — рявкнул главарь, и девица унеслась прочь. Он пояснил: — В течке она.

Такого отвратительного сборища Мэтью еще в жизни не видел. По пути он гадал, кто же они такие. Не индейцы, не дикие звери и уж точно не бандиты — что делать бандитам на дороге, по которой никто не ездит? Итак… еще одно полено в костер его любопытства… кто же они?

Впереди загорелись другие факелы и открылась поляна — не сказать чтобы полностью расчищенная, однако заросли здесь были не такие густые.

Над поляной возвышалась скала, вернее, нагромождение древних валунов — будто Господь бросил игральные кости. Мэтью увидел вокруг главного костра несколько скрюченных силуэтов, а чуть поодаль наспех сбитые из досок хижины. В основании скалы темнел вход в пещеру. Тут и там из земли торчали факелы на длинных палках, отбрасывающие кругом неровный свет и черные тени. Люди этой странной общины — жившие в самых ужасных и убогих условиях, какие только можно вообразить, — столпились вокруг вновь прибывшего. Главарь тычками в спину повел его к пещере. Они проходили мимо мужчин и женщин, мальчиков и девочек в одинаковых замызганных тряпках. У пещеры стояла женщина с листьями в светлых спутанных волосах, кормившая грудью младенца. Прежде чем Мэтью затолкали в пещеру, он успел прикинуть, что в этом племени около тридцати или сорока дикарей. А в следующий миг он очутился в полной темноте: лишь пара свечей горели во мраке. Главарь отдал кому-то свой факел и скомандовал Мэтью:

Твердый пол отнюдь не пришелся по вкусу его заду. Главарь сел на плоское каменное возвышение, по обеим сторонам которого стояли свечи. Рядом встали еще два бородатых леших и женщина с тонким лицом и длинными седыми лохмами. Мэтью с тревогой заметил, что женщина не села, а опустилась на четвереньки.