Королева Бедлама

— Валлах Боденкир, — сказал хозяин. — Зачем он тебе?

Момент истины. Что же тут творится, черт подери?! Мэтью по-прежнему не хотелось обманывать доверие фон Айссена, и все же… дело приобретало слишком зловещий оборот, и Мэтью чувствовал, что за его жизнь в эту минуту нельзя дать ни десяти фунтов, ни десяти пенсов.

— Я жду, — сказал Мердо, а потом вдруг поморщился, словно от боли, и потер левое плечо.

— Я ничего не знаю о Валлахе Боденкире, — ответил Мэтью. — Меня нанял его брат. Я не волен говорить, с какой целью.

Мердо несколько мгновений молчал. Он перестал тереть плечо, вновь сцепил руки и подался вперед. Свет горящих свечей играл тенями на его лице.

— Напрасно ты свернул на эту дорогу, — произнес он охрипшим голосом. — Таким, как ты, здесь не место.

У Мэтью было столько вопросов, что он не знал, с какого начать. Видимо, недоумение отразилось на его лице, и Мердо продолжил:

— Все эти годы он сидит взаперти в своем поместье. Мы не даем ему выйти. Видимо, по реке он уплыть не может, потому что иначе за ним давно прислали бы лодку.

О да, его сообщники и прихвостни разгуливают на свободе, но без Боденкира им не обойтись. Он жизненно важен для их затей.

— Дорогой он пользоваться не может, потому что здесь мы его поймаем и уничтожим. Истребим всю его секту. Словом, пока мы их просто сдерживаем, не даем им выбраться из дома вот уже… — он умолк, прикидывая, сколько прошло времени, — больше двадцати лет.

Голос Мэтью дрогнул.

— Нам трудно, но мы выживаем. Говоришь, у тебя есть цель? У нас тоже.

Итак… с какой целью тебя послали?

— Безумие начнется, молодой человек, если это чудовище выберется наружу, в цивилизованный мир. Мы следим за домом, но поместье очень большое. Он расставляет для нас ловушки — мы узнали об этом на собственном горьком опыте. Если нам даже удастся подобраться к ним при свете дня, мы все равно не успеем их уничтожить: они поднимут такой крик, что его услышат не только люди, но и все его племя за океаном. Тогда они начнут сбегаться сюда. Сотнями. Может, тысячами — они объявят нам войну.

А вот если мы выследим их ночью — всех до единого, — то сигнал тревоги не сработает. Ночью они умирают молча… Если вообще умирают.

Точно, сбежали из Бедлама, подумал Мэтью. Всем скопом. И живут в лесу двадцать с лишним лет. Совсем спятили — несут какую-то чушь про крик, который слышно за океаном! Безумие!

А он сидит с ними в одной пещере.

— Тебя решили ему скормить, — продолжал Мердо. Он смотрел на свои руки и разминал пальцы, снова и снова.