Этот мужчина внушал благоговение с такой естественностью, что некоторые из окружающих его слуг, кажется, боялись даже дышать неправильно.
Я спустился по ступенькам к нему, и он приветствовал меня лучезарной улыбкой, которая затмевала все остальное в его поведении. Этот человек источал харизму, а я до сих пор не решил, нравится мне это или настораживает.
– Бенедикт! – Лотер протянул мне руку, но далеко не так формально, как было бы уместно. Вместо этого он обхватил половину моего предплечья, а другой рукой почти по-отцовски похлопал меня по плечу.
Впервые он поприветствовал меня таким образом вскоре после смерти родителей, и я не стал возражать. Пусть думает, что я доверяю его дружбе. С тех пор это вошло у него в привычку при каждой нашей встрече. – Как я рад тебя видеть, – сказал он мне на ухо, и в его голосе не прозвучало ни намека на неприязнь.
– И я рад, как и всегда, Лотер, – ответил я, нацепив на лицо улыбку. – Как вижу, ты за последние несколько лет совсем не изменился.
– В отличие от тебя. – От смеха вокруг синих глаз образовались морщинки, и он бросил взгляд мне за плечо, где на вершине лестницы нас ждали Эрис и Флоренс. У него на лице отчетливо отразилось любопытство, однако король только слегка нахмурил лоб.
– В чем дело? – небрежно спросил я.
Покачав головой, Лотер вновь сконцентрировался на мне.
– С тех пор как услышал эту новость, я терзался догадками, что за женщина сумела смягчить твое каменное сердце. Даже не знаю, чего я ожидал.
Крылья, наверное. Нимб над головой. Или что у нее по крайней мере будет такой же мрачный вид, как у тебя всегда.
Шутливым интонациям в голосе не очень-то удавалось скрыть его мнительность. И не отвлекало от того, что, должно быть, больше всего беспокоило его во Флоренс: что она человек.
Я сохранил улыбку на губах, хотя толика хорошего настроения, которая присутствовала у меня еще минуту назад, испарилась.
– Боюсь, ты ни в чем не угадал. Но скоро я вас представлю.
Мое внимание внезапно привлек молодой человек, который вышел из автомобиля позади короля.
Его карие глаза скептически меня изучили, и я удивленно приподнял брови при виде его коротких белокурых волос.
– А, – воскликнул Лотер, который, похоже, заметил мое удивление. – Бенедикт, я хотел бы познакомить тебя с моим сыном Себастьяном.
– Ваше величество, – поклонился мне французский принц. От отца он унаследовал высокий рост, но фигура выглядела более крепкой.
