Королевский сорняк

Тем лучше для нее…

Черные люди трудились, капюшоны мотались на их головах, - как вдруг один разогнулся и, утерев потный лоб, отошел к стенке, где лежало несколько объемистых сумок, и достал оттуда бутылку воды.

Отпив, он закрутил пробку и положил бутылку обратно. Не успев толком подумать, Кирилл совершил бросок. Так бросаются на добычу хищники - молниеносно, сосредоточенно, беспощадно.

Выхватив из сумки бутылку с водой, он вернулся с добычей на матрас. Черные капюшоны сопроводили его действие поворотами голов. Никто, однако, не выразил протеста.

Отвинтив пробку, Кирилл принялся пить.

…Воды там осталось не более полулитра - ерунда для здорового молодого мужчины. Сейчас он выхлебает всю воду без остатка, пока Антония спит и не видит. Вон как светится животной, примитивной, физиологической радостью: вода! Она необходима для жизни! Даже если жизни осталось на пару часиков.

Писатель довольно откинулся в кресле, созерцая, как крупно и судорожно движется по горлу Кирилла кадык. А Антония спит. Вот вам любовь, детки!

…Кирилл, с сожалением оторвавшись от бутылки, запустил руку под голову Тони и, приподняв ее, приставил горлышко к ее пересохшим губам.

Вода потекла Тоне в рот. Она открыла неосмысленные глаза, рефлекторно глотая, словно младенец из соски.

Вода кончилась. Кирилл отбросил пустой пластик с сожалением.

Черные люди только движением капюшонов отреагировали на гулкий звук. Не разогнувшись, не замедлив темпа, они продолжали копать яму в центре подвала. Восемь пар рук, восемь лопат - яма углублялась чудовищно быстро.

По ее краям росли горки земли.

…Неожиданно лопаты словно по команде замерли. Капюшоны оборотились в сторону лестницы. И через несколько секунд из-за черных спин появился Писатель.

У Тони забилось сердце. Надежда загорелась в ее мозгу безумием пожара: «Он пришел нам сказать, что фарс окончен!!! Он нас достаточно напугал, он насладился и налюбовался…»

- …Я насладился, - донесся до ее затуманенного сознания голос Писателя. - Я получил полное удовлетворение…

«…И заставил нас понять, что мы всего лишь персонажи в его романе…»

- …Вы жили так, как сочинял Я.

Вы чувствовали то, что интересовало Меня. Вы трахались, потому Я этого хотел; вы ссорились, потому что Я этого хотел; и теперь вы трясетесь от страха, потому что Я этого хочу!

«…Он все получил от нас, и больше мы ему не нужны!»

- …И даже если вы все еще продолжаете своевольничать, все еще пытаетесь мне что-то доказать, - я вам доказал, что вы всего лишь мои персонажи.