Менталист продолжил начатое и останавливаться явно не собирался. А зацепок на нее все еще не было никаких.
Кому была выгодна смерть короля и принца? Кто хотел упразднить род Либирато? Неужели причина крылась лишь в желании занять трон?
Это было так логично. Однако меня все же смущал подход менталиста. Будь это кто-то из знати алых драконов, то они бы точно расщедрились на более грубую силу, а не действовали исподтишка. Как любят поступать ревнивые любовницы, про которых забыл их любимый, найдя лучшую замену.
Плач стал постепенно стихать, пока и вовсе не превратился в легкое подрагивание плечами.
‒ Успокоились? ‒ обратился я к Гвинет, протягивая чистую тряпицу, заботливо оставленную здесь мадам Огвой.
Девушка подняла голову и посмотрела на меня заплаканными глазами. Она молча взяла ткань и вытерла слезы, все еще тихо всхлипывая. Через пару секунд леди Брио кивнула и едва слышно произнесла:
‒ Я не виновата. Я... Я не хотела... Не хотела угрожать принцу. Те слова принадлежали не мне. И смех... Он чужой, ‒ Гвинет задрала голову и посмотрела на потолок, украшенный красивыми узорами.
‒ Но вы ведь, господин советник, не поверите мне?
Было в ее словах нечто схожее с тем, как говорила Пенелопа. Пустой голос и тон. Человек был близок к тому, чтобы сдаться судьбе. Оно и понятно. Кто поверит, что твоим ртом говорил кто-то другой? Кто поверит, что твоей рукой кто-то пытался убить принца? Немыслимо. Невероятно.
И потому мне удалось удивить Гвинет, задав простой вопрос:
‒ Помните ли вы, кто на вас воздействовал?
Глаза девушки широко распахнулись, и она быстро перевела взгляд на меня, не веря своим ушам.
‒ Леди Брио, ‒ поторопил я ее. ‒ У нас нет времени на эти гляделки. Если вы не виновны, то помогите выявить человека, завладевшего вашим голосом.
Гвинет вздрогнула, словно очнувшись от транса. Взгляд ее выглядел затравленным и диким, будто она пыталась погрузиться вглубь себя, но неведомая сила мешала и выталкивала обратно в реальность. Азгар! Неужели блок? С Пенелопой подобного не было.
Значило ли это, что техника воздействия у девушек разнилась?
‒ Я... Не помню, ‒ наконец тихо прошептала она. ‒ Голова так болит. Я пытаюсь, но...
Нахмурившись, я подошел ближе и осторожно провел пальцами по ее лбу. Горячий. Хотя еще пару минут назад никаких признаков жара у леди Брио не наблюдалось.
‒ Постарайтесь вспомнить, ‒ настоял я. ‒ Это очень важно.
Гвинет замешкалась, но все же глаза закрыла. Чтобы резко распахнуть их спустя пару мгновений.
