Не должны были гадать и строить предположения. Для них все в стране осталось без изменений.
– Поэтому отбор шел своим чередом.
– Да. Вы замечательно отвлекали общественность от расследования и сложной государственной ситуации. Я удовлетворил твое любопытство?
– Можно сказать, да.
– Тогда давай спать. Серьезно, Лар. День был чертовски длинным.
Я кивнула и на сей раз уснула. Боялась, что, когда проснусь утром, Колвина не будет или, быть может, хотела избежать неловкости, когда придется смотреть ему в глаза. Но проснулась все так же в его объятиях, дернулась, попытавшись ускользнуть, но оказалась придавлена тяжелой рукой.
"
"– Ты пытаешься от меня сбежать? – недовольно и сонно поинтересовался он и сграбастал меня сильнее, прижимаясь теплым сильным телом, давая мне возможность почувствовать рельеф мышц.
– Я пропущу завтрак, на который собирает финалисток леди Таниса, – возражение вышло каким-то не очень уверенным. Я и сама не могла понять, что на этом завтраке забыла.
– Тебя это опечалит? – поинтересовался принц.
– Это опечалит ее.
– Ну и наплевать! Хочешь, мы вызовем ее сюда и скажем, что ты участвовать не будешь? – спросил он и попытался обнять еще крепче.
Я обиженно пискнула:
– Нет. Не хочу. Сегодня я принадлежу отбору. Надеюсь, еще запечатлеть несколько прекрасных сцен.
– А завтра? – лукаво поинтересовался он, а я не нашла что ответить.
Просто не знала, что будет завтра. Я все еще не верила в то, что мы серьезно можем быть вместе. Мимолетное увлечение – да, а дальше? Дальше надо домой.
Но поднимать эту тему сейчас не хотелось, поэтому я ответила туманно:
– А завтра будет видно.
Он долго смотрел мне в лицо, но тоже не стал настаивать на обсуждении. Я была ему за это благодарна. Сейчас решать что-либо было сложно.
Мне все же удалось выбраться из объятий принца и даже убедить его проводить меня до покоев. Там я только успела переодеться к завтраку. Наспех уложила волосы, сочтя, что легкая небрежность в прическе сойдет за авторскую задумку. Надела мятного цвета платье и открыла шкатулку с артефактами.
Я была обязана устранить Милинарию, точнее, сделать победу в отборе для нее недостижимой. Но задача это была не из легких.
Толченый корень расторопши был не лучшей идеей, он очень странно влиял на поведение. С другой стороны, подействовать он должен был к вечеру, и глупое хихиканье и замутнение сознания, конечно, очень уж примитивно, зато эффективно. И не отличишь от легкого наркотика или выпитого на голодный желудок коньяка.
