— Что у тебя в голове, пустышка?
— Опилки, — огрызнулась я. — Как у всех девиц с окраин. Ты что, не знаешь? А, ну конечно, из ваших золотых башен окраин не видно!
Эш покачал головой, улыбаясь, и почему-то ругаться мне расхотелось. К тому же в тепле мобиля мое тело вспомнило, что спало давно, а ело мало. Я зевнула, закрыв рот ладошкой. Даже переживать по поводу странного поведения Вандерфилда стало лень. Вот привезет на место, и узнаю, что ему от меня надо!
Дальше ехали в тишине. За окном проплывала столица.
Такая, какой я ее никогда не видела. Ночная, яркая, переливающаяся огнями. Волшебно подсвеченные мосты и здания, нарядные люди, смеющиеся и гуляющие на проспектах. Во многих местах тоже стояли тепловаторы, обогревая улицы. Греть улицы, только подумать! А у нас дома даже горячей воды нет…
Утробное рычание мобиля осталось снаружи, внутри салона было тихо. И тепло. И пахло вкусно…
За проспектом вдруг выросло огромное, светящееся миллионом огней колесо, и я ахнула от неожиданности.
Красиво-то как! И там кабинки с людьми, а колесо вращается… Наверное, сверху виден весь город!
Краешек знаменитого вращающегося круга, названного Колесом Бесстрашия, виден даже из Котловины, но я никогда не смотрела на него с такого близкого расстояния. Изумительное зрелище!"
"Эш покосился на меня, и я покраснела, смутившись. Попыталась придать себе независимый и равнодушный вид, но выходило плохо. Мой привычный вагончик всегда ехал в объезд центра, через рабочие и жилые районы. Я никогда не была в самом сердце столицы.
Не видела парящих открытых террас, на которых даже в осенний холод ужинали девушки в легких платьях, не каталась на колесе, не рассматривала огромный куб с тысячью золотых рыбок, вмурованный в основание Театра. А еще здесь были увитые снежными цветами галереи, знаменитый на всё королевство лабиринт иллюзий, парящий над куполом министерства воздушный змей, выглядящий как жуткий, но впечатляющий монстр, и еще сотни красот и чудес!
Магазины, ресторации и траттории, иллюзионы, театры, музеи и прочие здания, каждое из которых поражало воображение архитектурными изысками и зачарованными деталями!
И еще тут было страшно, просто невероятно дорого.
Даже за проход или проезд на территорию центра столицы нужно заплатить.
— Не была в центре? — чиркнул взглядом Эш.
— Один раз почти удалось, — не поворачивая головы, ответила я. — Когда мне исполнилось тринадцать, дядя отвез нас с тетушкой в театр живых картин.
